Книга 1984 — читать онлайн бесплатно полностью

Потом мать зажгла огарок, они уселись на пол, и вскоре он ужасно увлекся игрой и заливался смехом, когда фишки с надеждой карабкались по лесенкам и снова скатывались по змеям почти в самое начало. Они сыграли восемь конов, и каждый победил по четыре раза. Маленькая сестренка не понимала сути игры и просто сидела в изголовье кровати, радостно хохоча вместе со всеми. До самого вечера они были счастливы вместе, как в раннем детстве Уинстона.

Усилием воли он выбросил воспоминание из головы. Очередная ложь памяти. Она тревожила его иногда.

Главное – суметь ложь вовремя распознать. Он снова посмотрел на шахматную доску, взял коня и тут же уронил с громким стуком. Уинстона словно булавкой ткнули.

Пронзительно зазвучали фанфары. Сводка с фронта! Победа! Фанфары перед новостями всегда означают победу. По кафе будто пробежал электрический заряд. Даже официанты вздрогнули и навострили уши."

"Поднялся невероятный шум. Возбужденный голос с телеэкрана уже почти утонул в радостном реве с улицы. Новость обежала город как по волшебству.

Уинстон расслышал достаточно и понял, что все случилось так, как он и предполагал: огромная морская армада тайком подобралась к противнику и нанесла удар с фланга, белая стрелка перерезала хвост черной. Сквозь шум пробивались обрывки восторженных фраз: «Масштабный стратегический маневр… превосходная согласованность действий… стремительное отступление… полмиллиона пленных… полностью деморализован… контроль над всей Африкой… показался конец войны… победа… величайшая победа в истории человечества… победа, победа, победа!»

Ноги Уинстона под столом судорожно дергались.

С места он не вскочил, но мысленно бежал, стремительно несся по улицам вместе с толпой, оглушительно вопя. Он снова посмотрел на портрет Большого Брата. Колосс, оседлавший мир! Скала, о которую разбились азиатские орды! Всего десять минут назад сердце Уинстона язвила скверна, и он гадал, какими будут новости с фронта: победа или поражение. Сгинула не только вражеская армия! Многое переменилось в нем с того первого дня в министерстве любви, но окончательная, необратимая, целительная перемена так и не происходила до этого самого момента.

Голос с телеэкрана все еще плел сказ про пленных, про трофеи, про кровавую резню, но крики с улицы немного поутихли. Официанты вернулись к работе. Один из них подошел к столику с бутылкой джина. Уинстон, погруженный в блаженные мечтания, не обратил внимания, когда наполнили его стакан. Ему же было уже не до беганья и не до восторженных криков.