Пока Богдан и Костя ловили такси, Севка тихо попросил старика оставить Богдана в покое.
– Уже не могу, – так же тихо сказал Дед. – Вы довели ситуацию до такого момента, что обратной дороги, пожалуй, нет… Попытайтесь себе представить собственную реакцию на месте Богдана. Вы узнаете нечто, что в корне меняет ваше представление об окружающем мире. Рушатся причинно-следственные связи. Вы слышите об убийстве. Вы бы смогли остаться спокойным и не броситься на выручку своему другу? Я могу поспорить, что ваш Богдан не просто даст отбой приятелям, а попросит его подстраховать, на всякий случай.
И к вашему дому приедет несколько решительных молодых людей, прихвативших с собой сувениры, которые они этим летом выкопали на местах боев…
– Вы это знаете?
– Нет, я это предполагаю.
Остановилось такси, Евграф Павлович, Костя и Севка сели в машину, а Богдан, извинившись, отошел в сторону и быстро переговорил со своими парнями по телефону.
Стоял он спиной к автомобилю и лицом к ветру.
– Ну? – осведомился Евграф Павлович у Севки с многозначительным видом.
Севка не ответил.
Богдан спрятал телефон в карман и сел на переднее сиденье машины.
Севка назвал адрес.
До самой квартиры молчали.
– А не соблаговолит ли хозяин угостить пришельцев чем-нибудь горячим? – спросил Евграф Павлович, переступив порог. – Только я вас умоляю, не растворимым кофе и не чаем в этих… пакетиках…
– Ничего другого не имеем, – со злорадством в голосе сообщил Севка. – Мы не графья, мы…
– Тогда будьте уж до конца вежливыми, – генерал снял дубленку, аккуратно повесил ее на вешалку в коридоре.
– Сходите, пожалуйста, в магазин, и купите… например, кофе в зернах. Или, если у вас нет кофемолки, чай. Только листовой. Если для вас это слишком дорого – могу ссудить деньгами.
– Хорошо, – сказал Севка. – Я схожу.
И вышел, хлопнув дверью.
– Я на кухне, – сказал Костя, быстро глянув на Богдана. – Посмотрю что-нибудь из еды…
Они завтракали совсем недавно, но, судя по всему, Дед хотел поболтать с Богданом наедине.
– Присядем? – предложил Евграф Павлович, садясь на диван и указывая Богдану на кресло напротив.
– Полагаю, Всеволод обернется быстро, а вы, судя по всему, очень хотите задать мне вопрос. Я по глазам вижу – с самой площади хотите. И то, что вы не задали его при Всеволоде, наполняет меня невыразимым уважением к вашей особе. Задавайте.
Богдан сел в кресло, оно привычно хрустнуло, словно вот сию секунду собиралось развалиться.
– Я ведь говорил Севке, сколько раз говорил – смени мебель.
