– Да, а что?
– А мы сейчас чем занимаемся? – спросил комиссар. – Мы сейчас всем народом чем занимаемся? Не за правильный ход истории боремся?
– Не нужно высоких слов, Женя, – попросил старик. – Мы не боремся, мы работаем. Бороться мы потом будем, в учебниках истории, когда станем единым народом, в едином порыве… Как там говорил Всеволод?
– Но он хотел, чтобы…
– Он хотел, – подтвердил комиссар. – Он хотел, чтобы я с ним сотрудничал. И я буду с ним сотрудничать. Потому что он – Данила Орлов, один из самых честных и порядочных людей, которых я знаю.
И один из самых умных.
– Но он же проиграл?
– Он? – приподнял бровь Евгений Афанасьевич. – Это еще не факт.
– Но ведь вы…
– Смотри внимательно, мальчик, – сказал старик. – Он ушел, забрав с собой Никиту… Человека, которого не должно было быть в живых. Так?
– Так, – ошарашенно ответил Севка.
– Он, так или иначе, получил свой аэродром подскока в нашем времени. Так?
– Так…
– И, боюсь, он получил то, ради чего все это затевалось…
– Что именно?
– Учись, Всеволод.
Учись, тебе придется с ним, похоже, очень долго общаться… – сказал комиссар. – Ты поверил, что он пригнал сюда установки с люизитовыми снарядами только ради того, чтобы поставить меня в безвыходную ситуацию? Не смеши меня, Всеволод! Он использовал нас, чтобы забрать у Сличенко эти установки, чтобы не дать ему выстрелить и совершить глупость. Мы ему были нужны как тупая ударная сила…
– Вы это знали?
– Догадывался.
– И вы знали, что у него для нас есть выход к воронке? Запасной выход?
– Подозревали.
– И поэтому позволили убить артиллеристов?
– Для наших парней мы всего лишь прогулялись сквозь пространство. Странным, необычным способом, но прогулялись. Если они вернутся назад, то ничего, кроме этого, не расскажут. Тем более что сразу после возвращения они будут сброшены в тыл к немцам. Без вас, Всеволод, если вас это интересует. А появление артиллеристов в Москве, из августа в октябрь… Это вызвало бы слишком много разговоров. Так что Данила потребовал, а мы… мы выполнили.
Севка остановился.
– Не останавливайтесь, молодой человек. Не останавливайтесь, – посоветовал генерал. – Нам нужно торопиться.
– Какие вы все сволочи…
– Мы не сволочи. Кто-то должен уметь убивать. И кто-то должен быть мерзавцем для того, чтобы остальные могли не быть мерзавцами и убийцами. Данила это понял. И это предстоит понять вам, Всеволод. Так или иначе. И знаете что?
– Что?
– Я думаю, у вас получится, Всеволод Александрович.
