– Мордасов докурил папиросу, отбросил окурок. – Бывай, танкист!
– Бывай, артиллерист! – Селин хлопнул Мордасова по плечу и побежал к танкам.
Запрыгнул на броню, оглянулся на Мордасова и, помахав рукой, залез в люк. Танки рванули с места, ворочая башенками, словно разминая их перед боем.
– Товарищ лейтенант, готово! – Сержант Петров мотнул головой в сторону машин. – Угол возвышения и направление согласно вашего приказа…
– Я гляну, – сказал Мордасов и подошел к установкам.
Он шел не торопясь, словно тянул время, старался хоть нанемного продлить тишину… Или свою жизнь? Его инструктировали перед самым выездом на фронт, что после залпа нужно сразу уходить, немедленно менять дислокацию.
И ни в коем случае не позволить врагу захватить установки. И все это идет на фиг. Капитан Сличенко отдал приказ, который обрекает Мордасова и его людей на верную смерть… «А ведь он мне соврал, – подумал Мордасов и невесело улыбнулся. – Он говорил, что я должен пошуметь, продемонстрировать немцам, что батарея погибла, а теперь оказалось, что танкистам приказано зачем-то идти на мост.
Что могут сделать два крупнокалиберных танковых пулемета там, где не справились три реактивных установки? Что могут два пулемета добавить к сорока восьми крупнокалиберным ракетным снарядам одного залпа?
Нет, что-то капитан задумал. Мудрит».
Мордасов оглянулся назад, на лес, словно мог увидеть сквозь деревья на таком расстоянии командира батареи.
Начал накрапывать дождь, капли стучали по фуражке, по кабинам грузовиков, по направляющим и по снарядам на них.
Мордасов тщательно проверил прицелы. Все точно. Да и как тут можно особо напороть, с такой дистанции.
Командиры двух машин сидели в кабинах.
Мордасов заглянул к ним, улыбнулся скупо, словно извиняясь, повторил для каждого, что огонь открывать сразу за ним, прошел к своей машине, встал на подножку. Посмотрел в бинокль в сторону моста.
К нему с запада, выбрасывая клубы дыма, приближался эшелон. Оставалось паровозу ехать метров двести. Мелькнула мысль позволить составу въехать на мост.
Подождать, пока эшелон доедет до середины…
«Тогда точно проскочит», – подумал Мордасов и торопливо занял место в кабине. Захлопнул дверцу. Броневые щиты на лобовом стекле уже были опущены.
Мордасов положил руку на ручку пульта управления огнем, затаил дыхание.
Значит, залп.
Мордасов крутанул ручку на пульте.
Лейтенант Селин люка в танке не закрыл. Когда установки взревели, Селин выглянул из люка и присвистнул.
