Книга 13-й отдел НКВД — читать онлайн бесплатно полностью

Рядом с окном, прямо перед ним, если говорить точнее, имелся стол. Добротный, большой, накрытый темным сукном. А вот уже за столом сидел тот самый обладатель голоса, чьи комментарии волновали и без того расшатанные происходящим нервы."

"Клетчатая кепка вызывала у меня истеричный смешок.

— Эх, что ж вы такие все нежные… — Мужик откинулся на спинку кресла, закинув ногу на ногу. Его ботинки, которые я теперь мог детально разглядеть, по цвету и фасону не уступали образу клоуна. Такие же яркие, как остальной прикид.

Красные. Красные ботинки. Серьезно. Что за псих?

— Тебя заботят странные вопросы, Иваныч. — «Клетчатый» усмехнулся. В зубах он держал спичку, которую с периодичностью в минуту переворачивал языком.

— Ошибаетесь. Имею совершенно другое отчество. — Я ответил на автомате, машинально, продолжая при этом изучать обстановку. Нужно разобраться в ситуации.

То, что нахожусь в незнакомом месте, уже понятно. Но даже с данной точки зрения оно вызывало недоумение и волнение организма.

Диван, на котором совсем недавно возлежало мое тело, выглядел настолько непривычно, что провел ладонью по атласной обивке, имея твердое желание убедиться, не чу́дится ли.

Как правильно называется этот стиль? Ампир политической элиты Союза? Я точно видел нечто подобное на старых фотографиях деда, где он стоял в обнимку с такими же работниками самой серьезной организации страны, только одним названием провоцирующей у обычных граждан нервный тик обоих глаз.

Не знаю, откуда у выходцев из рабоче-крестьянской массы бралось это стремление к красивой жизни, но в каждом кабинете каждого мало-мальски серьезного чи́на стоял именно вот такой диванчик.

С резной, украшенной вензелями спинкой и обивкой, которая уже потёрлась, потемнела от времени, но все ещё намекала на дворянское прошлое.

Вдоль противоположной стены наблюдались железные стеллажи, гордо претендующие на звание книжных полок, потому что выстроились на них увесистые бумажные папки и, собственно говоря, книги.

Однако, апофеоз безумия заключался даже не в этом незнакомом помещении, не в его удивительной для нормального современного человека обстановке.

Чуть в стороне от окошка, почти за спиной «Клетчатого», продолжающего изучать меня насмешливым взглядом разноцветных глаз, висели два портрета в тяжёлых золочёных рамах. Вот только смотрел с одного из них не привычный каждому гражданину президент Российской Федерации, а Феликс Эдмундович Дзержинский собственной персоной.