Придут времена, когда Мессир поймет, кого пригрел на груди."
"— Черти что… — Я нервно хохотнул и обхватил голову руками. Виски сжимало заново нарастающей болью. Информация, которую сейчас слышал, категорично не хотела укладываться в мой мозг. — Так. Ладно. Он — демон. Вы — тоже. Как в этой схеме оказался я?
— А вот это, Ванька, интересная История. Ты, в некотором роде, ни при чем. Дело в твоём деде. Он имел неосторожность совершить поступок, который сильно скажется в будущем на расстановке сил.
— Каких сил? Что ещё за силы?! Может, достаточно уже мистики?
— Ох, да… Ты же у нас неверующий.
Хотя, кое-кого в своих словах упоминаешь. Но мы … ммм… мы о нем говорить не станем. Не хочу даже вслух произносить. Да и нельзя мне. Ладно, давай сначала. Шахматы по любому видел. Так? Игровое поле представляешь? Ну вот все вы, люди имею ввиду, — это фигуры. Только кто-то пешка, а кто-то королева или ферзь. Кто-то проживет свои отмеренные годы и растворится удобрением в земле. Никому не известным. А кто-то станет главной фигурой.
Каждые сто лет у нас — шахматная партия. Ходят белые, потом черные. Понимаешь?
— Каждый год у нас есть традиция. Мы с мужиками ходим в баню… — Отчего-то совсем ни к месту вспомнилась эта фраза из старого фильма.
— Какая баня, Иван? Соберись! Сейчас Лизка вернётся, не поговорим. — Бабуля сурово нахмурилась, а потом икнула, выпустив облачко дыма. — Говорю же, изжога. А ты мне нерв делаешь.
— Она не знает?
Слова о Лизоньке вызвали в душе́ лёгкую грусть. Все же хороша девчонка.
Если мы будем работать вместе, то это скорее минус. Не завожу романы на работе, а вот с ней хотелось бы очень. Завести что-то приятное.
— Нет, не знает. Лизка и правда ведьма. Но в истинный ход событий мы не посвящаем людей, которые являются пешками.
— Ладно. Каждые сто лет. Ну, а дальше?
— Так вот, дед твой в этой партии оказался ферзем. Самой сильной фигурой. Твоя задача, не допустить случиться одному весьма важному событию…
— Подождите. — Меня посетила маятная мысль, от которой поплохело.
— Сейчас 1941. Речь о войне? Мне нужно ее предотвратить?
— Тьфу, ты! — Бабуля раздражённо отбросила свой ридикюль, с которым до этой минуты сидела в обнимку. — Откуда такое самомнение? Дед то твой тут при чем? Его же не Адольф зовут. Где вы этой глупости набираетесь? Какую, к черту, войну? Голову включи! Война — это как раз то самое поле, на котором идёт на́чатая партия. Она неизбежна. Как ты ее предотвратишь?
— Да я откуда знаю?! Вы же сказали, роковое событие.