Ту, которую ни ты, ни врачи ему не скажут. И если Сар действительно тебя любит, он примет правильное решение. Прости, пожалуйста. Я забочусь о тебе.
— Зачем? Как ты можешь так со мной, мам?! Я же только убедила его бороться. Он… он почти пообещал мне. Я бы дожала!
— Хорошо, что не пообещал. Значит и правда любит. Я поеду. Заезжай в гости, ладно? Я запишу нас в твой любимый салон. Сходим вместе, как раньше. Ты вспомнишь, как было здорово."
"Зло толкнув её плечом, забегаю в палату. Кис лежит, отвернувшись к противоположной стене.
Челюсти стиснуты. По красивому лицу ходят желваки, здоровая рука сжата в кулак.
У меня сердце сейчас разобьётся о рёбра.
— Кис… — жалобно зову его. — Кис, посмотри на меня, — скрипит зубами. — Кис, чтобы она не наговорила…
Он поворачивает голову. Глаза темнее ночи. Мне кажется, в палате пахнет озоном и вот-вот начнётся гроза.
— Я обещаю тебе, что встану, — хрипит он. — Не только встану, Стеф. Я сяду на байк и заработаю достаточно денег, чтобы ты никогда ни в чём не нуждалась.
На платья, салоны, нормальную еду. Обещаю.
Меня адски трясёт. Руки ходуном. Колени поджимаются. По спине под блузкой течёт пот. Подхожу к нему и, капая слезами на его щёки, целую плотно сжатые губы. Каждый миллиметр, каждый из уголков, пока Кис не расслабляется и не начинает так непривычно неуверенно отвечать.
Глава 52
Саркис
На календаре начало марта, а за окном всё ещё серая зимняя тоска. Мне кажется, я проспал и её, и всю прошлую осень. Смириться с тем, что я теперь в кресле, не выходит.
На рефлексах всё время хочется встать, что-то сделать. И ты, блядь, будто и не ты вовсе! Так, обрезанная по пояс версия. Бесит!
В декабре была операция. Сразу после новогодних ещё одна, уже проще. Что-то они там доделывали. Врач мой сказал, что прогнозы хорошие. И вообще, радоваться надо. Живой после такого столкновения. Теперь у меня реабилитация. Психолог для принятия своего нового положения и всякого рода мотиваций. Массаж. С первого марта ввели упражнения. Спасает мышечная память, но всё равно чувствую себя мешком.
Я жене обещал, что не сдамся. Со сжатыми зубами принимаю всё, что назначают. Ради неё и Анаит я обязан встать с этого мегакрутого кресла, которое мне подогнали парни. Оно у меня теперь вместо байка. Выглядит как спортивное. Чёрно-красное, с логотипом клуба «Либерти», чтобы я продолжал ощущать себя частью команды. Тоже своего рода психотерапия. Приблуды на нём всякой, гусеницы, чтобы можно было спускаться по ступенькам без пандуса.
