Как правильно объяснить ей про секс, месячные, презервативы и прочее? Первому попавшемуся я её не отдам, конечно. Но знать-то она должна. Это ж жизненная база и здоровье.
Выпив воды, иду к себе. Меняю постельное бельё на свежее и открываю окно на проветривание. Готовлюсь так, будто ко мне первый раз в жизни девочка придёт. Раньше порядок был последним, о чём я думал. Сейчас вдруг все детали становятся жутко важными. Я хочу, чтобы Стефе было комфортно здесь. Это поможет быстрее избавить её от страхов.
Захожу за ней, как только засыпает Ана.
Беру за руку и веду за собой. Плотно закрываю за нами дверь своей спальни, гашу основной свет, оставляя только ночник. Обнимаю её. Дрожит. Глаза горят. В них будто поселились светлячки.
Целую вкусные губки, стараясь не урчать от удовольствия. Стефа долго не двигается, пытаясь совладать со своими эмоциями.
— Смелее. Мы уже целовались, — напоминаю жене."
"Она забавно касается кончиком языка моих губ, словно резко забыла, как это делается. Тихо смеясь, кусаю её за нижнюю губку.
Она приоткрывает рот. Пользуюсь, толкаясь внутрь и отвоёвывая для себя эту территорию.
Огромных трудов стоит гасить в себе рефлексы делать всё резче. Я обещал быть осторожным.
Отпускаю. Снимаю майку и, взяв за запястье её руку, кладу на свой торс. Они познакомились утром. Даю Стефе возможность беспрепятственно себя касаться. Ни сбегать в ванную, ни останавливать я её не буду.
Моя любопытная жена водит ноготком по рельефам. У меня все мышцы сокращаются. Член серьёзно оттягивает шорты.
Не скрываю и этого. Пусть видит, как я хочу её.
Стефа дышит тяжелее, сглатывает чаще. Вздрагивает, когда я слишком ярко реагирую на очередное касание. Прижимаю её к себе, целую, отвлекая от того, что сейчас творят мои руки. А они тянут вверх её футболку.
Разрываю поцелуй и махом стягиваю лишнюю тряпочку. Под ней безумно красивое, желанное тело в кружевном белье.
Готовилась… Оно явно новое. Такое дразняще-привлекательное, что даже снимать сразу не хочется.
Кладу ладонь ей под грудь и снизу поднимаю наверх, накрывая полушарие целиком.
Трусь о сосок. Стефа давится вдохом. Её глаза распахиваются. Влажные губы требуют новых поцелуев.
— Ты обе-щал се-к-рет, — заикается от волнения и смущения.
— Помню, — наклоняюсь к её уху, провожу по нему языком. — Я люблю тебя, — громко шепчу и сразу целую, чтобы не спрашивала и не отвечала. Пусть примет сначала то, что услышала.
Щелчок опытными пальцами — и кружевное бельё становится свободнее.
