— Время ещё есть. Я поговорю с отцом."
"— Спасибо-спасибо-спасибо, — шепчет Ана, обнимая меня.
Затискала за день!
Глава 33
Стефания
День первый.
Кис вымотался за день, хоть упрямо делал вид, что это не так. Вечером забавно отключался за столом прямо с кружкой чая в руках. Вздрагивал и делал вид, что нам показалось и он вообще не спит. Ему очень хотелось уделить Анаит максимум времени, но организм обмануть сложно. На больничный упрямого Саркиса отправили не зря. Хождения по солнцу дали о себе знать.
Видела, как он пил таблетки от головной боли.
Окончательно Кис уснул под фильм, который мы смотрели все вместе. Ана заботливо укрыла брата простынёй, поцеловала его в щёку и ушла к себе. Я сначала тоже сидела в комнате, болтала с девчонками, набрасывала новую мелодию, играющую в моей голове. Потом пошла проверить Анаит и зависла у неё на пару часов. Мы болтали о всяком, чего мальчику, даже если он любящий старший брат, не расскажешь. В процессе разговора вышли на важную для девочки тему — особенности нашего организма, когда мы начинаем взрослеть.
У Анаит уже такой возраст. В любой момент может случиться неизбежное. Кис бы ещё долго не говорил с ней об этом. Она для него всегда будет малышкой. Да и не представляю я, как бы выглядел у них этот разговор. У нас с Аной он вышел естественным и не вызвал у малышки излишнего смущения. Она умница, всё понимает и принимает правильно.
Уложила её спать и ушла к себе. Засыпала с улыбкой. Она до сих пор не сходит с моих губ.
Очень уютный получился вечер. Такой я бы ни за что не променяла на пляжную вечеринку или поход в кафе, куда звали девочки.
Проснувшись утром, переодеваюсь и тихо выхожу из комнаты, чтобы никого не разбудить. Я обещала больному завтраки. Надо держать слово.
Не удержавшись, всё же заглядываю к Анаит. Дети же вроде рано встают. В кровати её нет, впрочем, как и в спальне. В ванной и в туалете не горит свет. Значит вариант только один.
На цыпочках крадусь к комнате Саркиса. Дверь приоткрыта, как бывает практически постоянно.
Толкнув её, заглядываю в спальню и таю от умиления. Ана спит, прижавшись к спине брата и уткнувшись носом ему между лопаток. Её жгуче-тёмные кудряшки разметало по подушке.
Чёрт! Нечестно быть такими милыми!
Кис начинает шевелиться. Быстро исчезаю, чтобы не мешать. Пусть хоть так отлёживается. Только вот…
Закусив губу, чтобы прекратить глупо и смущённо улыбаться, вхожу в ванную и открываю кран над раковиной.
