Юлька с интересом проследила за действиями Пети. Сначала он долго жал на пимпочку звонка, потом извлек из кармана ключи и принялся ковыряться в замочной скважине.
— Странно! — наконец выпрямился он. — Не открывается. Заснул он там, что ли?
И он снова нажал на звонок. Юлька насторожилась. В последнее время вокруг появлялось слишком много трупов, поэтому Петина фраза, казалось бы, самая обычная, в данных обстоятельствах ее встревожила.
— Не нужно туда входить! — вырвалось у нее.
— С чего бы это? — удивился Петя.
— Специально тащилась в такую даль, чтобы повидаться с Сеней, а теперь на попятный?
— Но ты же сам говоришь, что его там нет, — пробормотала Юлька.
— Ничего я такого не говорю! — с досадой отозвался Петя. — Просто заснул или вышел куда-нибудь. Хотя и странно…
Но что ему было странно, он не договорил. Потому что в этот момент он додумался нажать на ручку двери, и та отворилась сама собой. Вот это было уже действительно странно. И Юлькина душа, которую до сих пор наполняло смутное беспокойство, теперь трепыхнулась как пойманная птичка.
Но дальше было еще хуже. Открытая дверь по сравнению с тем, что творилось в самой квартире, была сущим пустяком.
— Ой! — совсем по-бабьи зажал себе рот Петя, войдя в прихожую. — Что тут творилось?"
"И действительно, в прихожей был, мягко говоря, бардак. А если честно, то там по всему полу была разбросана одежда и обувь, а вешалка валялась перевернутой. В единственной комнате тоже обнаружился страшный беспорядок. На диване кучей лежали смятые льняные простыни.
Одна подушка валялась на полу, а вторая почему-то оказалась на серванте. Вся мебель в комнате стояла как-то косо, словно мимо кресел, журнального столика и тумбочки с теле— и видеоаппаратурой прошелся тайфун. Некоторые предметы в серванте валялись перевернутыми, словно и он получил приличный толчок. Но не это поразило Юльку. В конце концов, в квартире, похоже, жили холостяки. А разве можно от предоставленных самим себе мужчин ожидать порядка и уюта. Хотя, вообще-то, разгром был явно свеженьким.
Но не это взволновало до глубины души Юльку. Хуже всего показались ей пятна, видневшиеся на ковре и полу.
— А-у-у-й! — взвыла Юлька, как духовой оркестр на репетиции, прикоснувшись к пятну и поняв, что это такое. — Мамочки! Спасите! Убийство! — И в ту же минуту, словно по волшебству, дверь в квартиру распахнулась и на пороге комнаты возникла встревоженная Мариша с развевающейся гривой густых светлых волос и красным от волнения лицом.
