— Бедный! Глупый! Наивный!
К этому времени подруги уже усадили вдову в Маришин «Форд», и вся троица полным ходом двигалась по направлению к городу. Вдова изъявила желание первым делом посетить милицию, где собиралась потребовать выдачи ей тела ее дорогого и посмертно реабилитированного супруга. Но, как поняли подруги, в голове у вдовицы была форменная каша. И настроение менялось каждые пять минут. И в зависимости от того, в какую сторону менялось ее настроение, изменялись и планы относительно погребения тела ее мужа.
— Устрою ему самые лучшие похороны! — рыдала вдовица. — Все наши друзья придут. А уж его противные родственнички просто обзавидуются. Дубовый гроб, черный шелк и гранитный памятник. В полный рост! Нет, лучше склеп! Как по-вашему, склеп выглядит ведь приличней, чем просто жалкий памятник? И потом, ведь нужно думать о будущем.
— О каком? — неосмотрительно поинтересовалась Юлька.
— Когда и я сама лягу рядом со своим дорогим Володенькой! Ах, мой любимый! Мой петушок! Не клевать тебе больше зернышки со своей курочки.
Юлька не удержалась и хихикнула, чем заслужила неодобрительный взгляд Веры. Она поджала губы и на некоторое время замолчала. Потом вдовицу неожиданно кинуло в другую крайность.
— А с другой стороны, чего это я должна разоряться для этого мерзавца! — произнесла она после продолжительного молчания совсем другим тоном. — Последнее, что ли, с себя снять, чтобы его похоронить? Ему-то хорошо, он уже умер.
А я?! Мне нужно думать о себе! Памятник жутких денег стоит! А о том, чтобы перевезти тело в Москву, и думать нечего. Кремация, а потом подхороним урну в могилу к его бабке. И поминки самые скромные. Блины там, селедочка. А то знаю я его родственничков и дружков, мигом набегут на дармовое угощение. Нажрутся, а после третьей рюмки уже и не вспомнят, зачем пришли. И вообще, чего реветь! Одни проблемы с этим мужиком были! Другого найду! Честного!
И она неожиданно снова зарыдала.
Тут в голове у подруг просветлело. Такие перепады настроения могли объясняться только одним фактом.
— Он вам что, изменил? — сочувственно спросила у вдовы Юлька, дождавшись паузы в ее рыданиях.
— Да! — горько вздохнула Вера, комкая в руках кружевной черный носовой платочек. — И еще как гнусно! Если бы с какой-нибудь женщиной, я бы его еще поняла. Но снимать себе виртуальную шлюху! Это уже было слишком.
