И хотя подруги своей вины не отрицали, Олег злился все сильней. К тому же пленницы поняли, что поджог идет у него из рук вон плохо. Щедро облитое бензином дерево тем не менее почему-то не торопилось загораться. Сам бензин прогорал, оставляя запах гари. Но и только. Пожара не получалось. Похоже, древесина, из которой был выстроен дом, оказалась хорошенько пропитана каким-то веществом, препятствующим горению. Олег злился, подруги торжествовали. Но, как выяснилось, рано.
Дверь в их кладовку распахнулась, и на пороге они увидели Олега с пистолетом в руках.
— Зря вы рискнули сунуться к моей матери, — сухо сказал он вместо приветствия, глядя на подруг без всякой, надо отметить, приязни. — Думали, что я совсем дурак и вас не узнаю? И это ведь вы следили за мной вчера и сегодня? Я заметил слежку и заметил, кто именно следит.
— Олег, бегите! — предложила ему как всегда великодушная Мариша. — У вас еще есть время сбежать до того, как тут появится милиция.
— Нет уж! — решительно отказался Олег, чем чрезвычайно расстроил подруг.
— И не подумаю! Если вы исчезнете вместе с Сеней, то у меня еще есть шанс выкрутиться. Хороший адвокат, раздача белых слонов и подарков нужным людям, и, глядишь, моя репутация, а заодно и репутация нашей семьи еще и выиграет.
Произнося эти слова, Олег выглядел весьма мрачным.
— Ты же сам не веришь в то, что говоришь! — попыталась вразумить его Мариша. — Ты похитил, а потом и убил Сеню. Есть свидетели…
— Я его не убивал! — воскликнул Олег. — Я временно его нейтрализовал.
Этот гаденыш слишком размечтался! Жениться на моей матери! Это уж дудки! Чтобы моя мать, великая актриса, вышла замуж за какого-то обсоска! Ни за что в жизни! За продавца машин, у которого отец уголовник! Такое мне и моей сестре только в страшном сне могло привидеться.
И Олег возмущенно потряс головой, стараясь вытрясти оттуда жуткое видение своей матери в подвенечной фате, стоящей у алтаря рядом с Сеней.
— Выходите! — велел он подругам. И, видя, что подруги медлят, повысил голос: — Выходите, если не хотите, чтобы я вас пристрелил прямо здесь!
Юля открыла рот, чтобы сказать, что ей, в общем-то, без разницы, где ее застрелят, но потом подумала, что даже несколько лишних минут жизни можно в сложившейся ситуации считать роскошным подарком, и покорно первой вышла из кладовки.
Пройдя мимо Олега, она вдруг ощутила сильную боль в затылке. И последним, что до нее донеслось, был негодующий крик Мариши и звуки выстрелов.
