Услышав, что ее гостьи пожаловали к ней вовсе не из вороватого правления дачного кооператива и совсем не намерены требовать с нее незаконные поборы, медсестра повеселела и пустила подруг в дом.
— А в чем дело? Что случилось? — спросила она, включая электрический чайник и все еще зевая спросонок.
— Вы ведь приняли вчера утром на работу новенькую медсестру? — спросила у нее Инна.
— Ну да, — кивнула головой Елена Викторовна. — Танечку. Конечно, опыта у нее маловато. Но диплом с одними пятерками. А на те деньги… А что случилось? Она что, не вышла на работу?
— Вы ее фамилию помните?
— У нее совсем простая была фамилия — Ларионова, — сказала Елена Викторовна и ушла в соседнюю комнату.
Оттуда она вернулась, накинув на плечи огромную мохнатую шерстяную кофту, связанную какой-то умелицей из разноцветных обрывков мохера. Так что половина правого рукава была синей, вторая желтой, потом желтизна еще проступала по подолу. Спина была связана из коричневых ниток, зеленых и ярко-оранжевых, из которых часть пришлась на левый рукав.
В этой чудовищной канареечной кофте Елена Викторовна налила всем чаю, достала дешевенькое печенье, извлекла из холодильника трехлитровую банку деревенского молока и заявила:
— Если с этой девчонкой какие-то проблемы возникли, то у меня ее паспортные данные имеются.
— В самом деле? — обрадовалась Юлька. — А вы их можете нам передать? Аристарх Владимирович очень просил. Он нас ведь специально попросил к вам приехать, как только узнал.
— Да что случилось-то?! — с досадой воскликнула Елена Викторовна. — Вы мне скажете наконец?
— Убийство! — мрачным голосом прогудела Мариша.
Елена Викторовна, которая только что поднесла к губам чашку с молоком, вздрогнула. Молоко расплескалось, а женщина побледнела так, что сравнялась с ним цветом.
— Кого? Как? Кто? — глухо забормотала она, внезапно краснея и поднося к своей пышной груди руки.
На верхней губе у Елены Викторовны выступили капельки пота.
— Вы что-то плохо выглядите! — встревожилась Юля.
— Может быть, вам прилечь?
— Пустяки, — переведя дыхание, отмахнулась Елена Викторовна и с простотой медицинского работника добавила: — Это все климакс проклятый. Не обращайте внимания. Вы в больнице были? Так лучше объясните мне толком, что там случилось?
— Да мы и сами не знаем, — забормотала Инна, пока Юлька растерянно молчала, не зная, что именно следует рассказать Елене Викторовне, а что лучше утаить.
