– Аркаша, скажи, зачем Прохоров ко мне приходил?
– Как-то связан он с твоим делом, Вася. Это я еще тогда понял, когда мы с тобой «Дохлого» не смогли прижать. Прохоров помог! Его рука!
– А что он за человек, Аркаша? – поинтересовался Матвеев.
Никонов нахмурился:
– Держись от него подальше, Вася. Я в ФСБ из «ментовки» пришел, а этот – из ГРУ. Темная личность. Рядом с такими как он, даже дышать опасно.
– Думаешь, Аркаша, он как-то замешан в ситуации вокруг убийства «Дохлого»?
– Трупы были? Свидетели?
– Да!
Никонов отрицательно покачал головой:
– Если эти ребята что – то захотят сделать, после них не останется ни трупов, ни свидетелей – ничего, одна пустота.
– Тогда по какой причине он помогал «Дохлому»? Где связь?
– И не старайся понять, не получится! А если получится, на одном из московских кладбищ появится мемориальная доска с твоим именем.
– После смерти сына я ничего не боюсь.
– И все же будь осторожен в отношениях с Прохоровым, – посоветовал Никонов.
– Буду, – пообещал Матвеев и тут же спросил: – Аркаша, я хочу помочь Стрельникову, но не знаю, как быть.
Ведь придется закон нарушить.
– Да не будь ты таким правильным, Вася! Взгляни, что вокруг твориться. Сажают кого? Мелочевку, шпану, детей, которым есть нечего, вот они и воруют. А не тех, кто кровь людскую и слезы потоками льют, на «шестисотых мерсах» ездят, виллы строят в Испании. А что парнишка этот сделал? То, что государство должно было сделать. Самоуправство не выход? Тогда где выход? Надо помочь, Вася.
И не сомневайся. Это самое малое, чем ты отплатить можешь.
– Спасибо, Аркаша! Честно говоря, я и сам так думал. И я помогу! А дальше пусть сам дорогу выбирает.
После разговора с Никоновым Матвеев больше не сомневался в том, что ему делать. Он отправился на «Петровку».
Матвеев находился один в кабинете Ветрякова, когда ввели Стрельникова. Стрельников был по-прежнему холоден и молчалив.
– Может, присядешь? – спросил у него Матвеев.
В ответ молчание.
Стрельников даже не сдвинулся с места.
– Как пельмени, понравились?
В глазах Стрельникова появился удивленный вопрос.
– Я про те, что тебе Ирина Аркадьевна приносит, – пояснил Матвеев.
– Оставьте ее в покое! – отчетливо, с холодной угрозой предупредил Сергей.
– Ты уж прости, – Матвеев улыбнулся, – не могу. Видишь ли, Сережа, Ирина Аркадьевна – моя жена.
Впервые Матвеев увидел, как холодность исчезает с лица Сергея, уступая место растерянности.
