состоялась первая в истории Москвы публичная казнь.
Однако настоящая борьба между митрополитом и великим князем разгорелась по вопросу возможного наследника митрополичьей кафедры. При этом Алексий явно стремился к созданию в Московии теократической монархии в духе папского государства в Италии, а Дмитрий Иванович – к утверждению светской монархии во главе с династией Калиты.
Тогда-то и вышел на передний план придворный священник московского великого князя Дмитрий, получивший в истории просторечное имя – Митяй.
Дмитрий Иванович призвал его из Коломны. Задумав сделать Митяя преемником престарелого Алексия, в феврале 1376 г. великий князь велел ему постричься в монахи и тут же сделал архимандритом Спасского монастыря. Черное духовенство возмутилось такой поспешности, но в ответ Дмитрий Иванович потребовал от Алексия официально утвердить Митяя преемником митрополичьей кафедры.
Избавиться от такой напасти можно было единственным путем – противопоставить Митяю более авторитетного в народе служителя церкви.
И таковой человек на Руси был. Звали его Сергий Радонежский. Алексий призвал игумена в Москву и неожиданно возложил на него золотые митрополичьи ризы. Но Сергий твердо отказался принять их. Ни мольбы, ни угрозы не подействовали на старца. Пришлось митрополиту отказаться от своего замысла.
Зимой 1378 г. Алексий тяжело заболел. Великий князь долго уговаривал его благословить Митяя на митрополию, но старец так и умер непреклонным 12 февраля 1378 г. В 1448 г. Алексия прославили в лике святых.
В дни, когда готовились к погребению Алексия, по Москве распространился слух, будто накануне кончины митрополит все же благословил Митяя на кафедру, почему последний и обосновался в митрополичьих палатах. Великий князь поспешил созвать собор русских епископов для утверждения кандидатуры его любимца на митрополию. На соборе старцы отказались поддержать Митяя и высказались за митрополита Киприана, ставленника Византии и Литвы. Тогда же Киприан со свитой въехал на земли Московского княжества, но по приказу великого князя их спешно арестовали и вывезли прочь в Литву.
Монахи выдвинули в митрополиты суздальского епископа Дионисия, основателя Печерского монастыря – он был готов поехать к патриарху и обличить сговор великого князя и его фаворита. Дмитрий Иванович поспешил арестовать потенциального предателя. Дионисий пытался каяться, обещал не противодействовать замыслам великого князя, но Дмитрий отказывался его отпускать.
