Но кто дал распоряжения начальникам? И что значит «…многие»? Что, на каких-то заставах начальники сказали подчинённым: «А что, ребята, ночь тёплая, звёздная, посидим-ка мы эту ночь в окопах? Из них и звёзды лучше видно, да и немца — если там чего начнётся!» А на каких-то заставах ночь была облачная, и там в окопы — звёздами любоваться, не садились…
Нет уж, такой ответственный приказ, как приказ занять с вечера боевые позиции, мог прийти на заставы только из Москвы, из наркомата. И отдать такой приказ мог лишь сам нарком.
То есть — Берия. И, безусловно, для всей западной полосы границы.
Правда, встречаются сообщения о том, что пограничникам вообще не запрещалось занимать оборонительные сооружения. Хорошо, пусть так, хотя подобное утверждение не выдерживает никакого логического анализа! Но кто был инициатором такого положения дел (фактически разрешения действовать по обстановке), если не нарком Берия? И мог ли он дать такой «карт-бланш» пограничникам без ведома и согласия Сталина? И мог ли Сталин ограничиться одними погранвойсками НКВД и забыть о РККА и РККФ? Ведь противной стороне видны действия и повседневная жизнь прежде всего погранвойск.
Так что информация А. Чугунова лишний раз доказывает: и Сталин знал о войне, и остальные знали.
Но кто-то меры принял, а кто-то почему-то — нет!
Маршал Мерецков позднее вспоминал:
«М.П. Кирпонос, отнесясь к делу очень серьёзно, отдал распоряжение о занятии полевых позиций в пограничных укреплениях Киевского особого военного округа.
В Москву поступило сообщение об этом. Передвижение соединений из второго эшелона было разрешено, но по указанию Генштаба войскам КОВО пришлось оставить предполье и отойти назад. До рассмотрения сходной инициативы (? — С.К.)Одесского военного округа дело не дошло (? — С.К.). В результате на практике войска этого округа были в канун войны, можно считать, в боевой готовности, чего нельзя сказать о войсках Киевского и Западного Особых военных округов».
Здесь что ни фраза — то вопрос, потому что мы имеем здесь дело со смешением правды, недомолвок, умолчаний и прямой лжи.
Маршал Жуков писал о последних предвоенных днях в том же стиле:
«Нам (Жукову и Тимошенко. — С.К.)было категорически запрещено производить какие-либо выдвижения войск на передовые рубежи по плану прикрытия без личного разрешения И.В. Сталина.
Нарком обороны С.К.
