Политические шаги (в том числе отказ от активности на Балканах) можно и нужно было подкрепить усилением поставок в Германию не только нефти и сырья, но и — очевидно — необходимых ей для десанта в Англию вооружений к концу 1941 года или в 1942 году. Поставляла же оружие Англии официально нейтральная Америка — на коммерческой якобы основе. Вот и мы могли бы предпринять нечто подобное по отношению к Германии.
Избежав за счёт этого войны в 1941 году с Германией и усилив производство вооружений на не разрушенных бомбёжками, не эвакуированных заводах Харькова и Запорожья, Николаева и Севастополя, Киева и Днепропетровска, мы не получили бы в 1941 году и войны с Англией — при любой нашей политике.
Выиграть же в той ситуации один мирный год на перевооружение значило для России выиграть устойчивые перспективы для построения развитого социализма. А обеспечить нерушимое социалистическое будущее России означало для России всё! Ведь всё то, что произошло и происходит у нас с 1991 года, — это и один из результатов нашей Победы над Германией в 1945 году, оказавшейся в конце концов победой «пирровой».
Слишком уж многих убеждённых строителей нового мира потеряли мы на той войне. Слишком многое разрушила она из того, что они успели построить в России — от Балтики до Тихого океана и от Арктики до Кушки.
Но что означал бы мир с СССР в 1941 году для Германии — без реальных, убедительных доказательств с нашей стороны устойчивой лояльности России к III националистическому рейху?"
"Германия, дав нам этот мирный год, напротив, рисковала всё потерять.
Ведь время работало не на неё, а на англосаксов… И было непонятно — с кем в перспективе будет Россия? Собственно, об этом и писал Гитлер Муссолини 21 июня 1941 года.
Но и не дать нам мирный 1941 год означало для Германии — как показала реальная история — военное поражение к 1945 году и цивилизационное поражение Германии и всей Европы к концу XX века.
Мы, не поддержав Рейх, в конце концов проиграли стратегически, к началу XXI века окончательно отдав мировую геополитическую инициативу Золотой Элите.
За что сейчас и расплачиваемся.
Германия, напав на нас, проиграла как стратегически, ныне тоже всё более подпадая под влияние чуждых ей наднациональных сил, так и тактически — безоговорочно капитулировав уже через несколько лет и перед Западом, и перед Востоком.
То есть единственным взаимно разумным — и тактически, и стратегически — вариантом был для России и Германии всё более тесный и нерушимый союз.
Вплоть до военного.
