Но тогда же Гитлер приказал изжить выражение «русская зима», назвав его «психологически опасным». Он, конечно, не подозревал, что со временем, после войны, это выражение окажется для его генералов психологически выгодным и его подхватят все аналитики Запада — от академичного англичанина Фуллера до полужёлтого английского журналиста Лена Дейтона…
К концу 1941 года всё стало ясно и немцам.
Записи за 29 декабря 1941 года Гальдер начал со слов:
«Очень тяжелый день!»
30 декабря 1941 года:
«Снова тяжелый день!»
31 декабря 1941 года, на 193-й день войны, первая строка записей Гальдера не изменилась:
«Опять тяжелый день!»
2 января 1942 года:
«Весь день тяжелые бои…
Сложившаяся обстановка побудила фельдмаршала фон Клюге запросить разрешения на отвод войск… У меня произошло бурное объяснение с фюрером.
Неоднократные переговоры с фон Клюге, который находится в каком-то трансе и говорит о том, что ему не доверяют»…
3 января 1942 года, 196-й день войны:
«…В ставке фюрера разыгралась драматическая сцена.
Он высказал сомнение в мужестве и решительности генералов…»
Далее Гальдер прибавил: «В действительности же все дело в том, что войска просто-напросто не могут выдерживать морозы, превышающие 30 градусов». Однако в действительности дело было в том, что русское сопротивление, начавшееся 22 июня 1941 года и день за днём не прекращавшееся ни на день весь оставшийся 1941 год, имело своим результатом создание такого положения вещей, когда германские войска оказались вынуждены замерзать у самых ворот Москвы.
Не так ли, господа?
9 января 1942 года Гальдер обеспокоен тем, что «к западу от Ржева локализовать прорыв противника не удалось», а на следующий день радуется, но чему: «Из-за весьма неблагоприятной погоды день прошел сравнительно спокойно».
Итак, на 203-й день войны плохая русская погода оказалась не врагом для войск Рейха, а их союзником. Что делать — времена постепенно изменялись…
11 января 1942 года Гитлер провёл в ставке совещание с фельдмаршалом фон Клюге.
Гальдер в тот день записал:
«Фюрер настаивает на своем приказе о прочном удержании каждого вершка земли».
При этом Гитлер на просьбы с фронта отвечал всем стандартно: «Не думайте, что у вас тяжелее, чем у других»…
12 декабря 1941 года, когда советское контрнаступление только разворачивалось по-настоящему, Гальдер признался своему дневнику:"
"«в. Положение с производством танков.
