Едва поднимая ноги, рискуя опоздать, я медленно поплелась к дому. Идти быстро я попросту не могла — мне вообще хотелось опуститься на землю, сесть на траву и закрыть лицо руками. Я не ожидала того, что на меня произведёт такой эффект фотография Леры, но я и не думала, что я стала похожей на неё НАСТОЛЬКО. Я в принципе, изначально, до пластики, вполне сошла бы за её родную сестру. И ещё неизвестно, младшую или старшую.
Я поняла, что не смогу сегодня поехать в отель. Что хочу остаться наедине с самой собой, запереться в своей комнате, залезть под одеяло, и чтобы меня никто не трогал.
Вот просто никто не трогал. Лучше вообще заснуть. И проснуться в той своей жизни, в прошлой. Где я — это я. А не неизвестно кто.
Меня реально начало колотить. Я чувствовала, как в груди трепещет сердце, как ухает оно от волнения и мне просто хотелось остановиться и лечь на землю. Но я шла к дому. Думая при этом о том, что я так ничего и не узнала об этой Лере. И даже запрос, по которому нашла эту фотку, не запомнила.
Что-то на тему светской жизни Москвы…
Я шла вперёд как-то автоматически, машинально, не разбирая дороги. Ноги будто бы сами вели меня к особняку. А эта фотография с Лерой и двумя её подругами или приятельницами стояла у меня перед глазами. И только при подходе к дому я вдруг поняла, что одна из этих девушек — известная телеведущая, а вторая — не менее известная поп-певица.
Когда я вошла в сад, свет закатного солнца был уже ярко-рыжим, почти красным.
Небо за особняком темнело на глазах, а яркие блики на стёклах окон заставляли щуриться. Я будто плыла в воздухе, а не шла по земле. Мне сложно было сосредоточиться на чём-либо, кроме своих мыслей. Рассеянно я взглянула на наручные часы — оставалось пятнадцать минут. Нужно было подняться в дом, переодеться и выйти. Автомобиль пока ещё не ждал меня — водитель подавал его ровно за пять минут до отъезда: таково было распоряжение Олега. Отель для сегодняшней ночи располагался далеко от особняка, раз машину подавали к половине десятого вечера.
Пройдя мимо беседки, я вышла на асфальтированную дорогу вокруг фонтана и увидела пожилого садовника Николая, сидящего на корточках рядом с клумбой у входа в дом. Осторожно придерживая листья ярко-синих цветов, он аккуратно рыхлил землю небольшой мотыжкой. Он поднял голову, и улыбнулся мне, как старой знакомой, хотя всё наше общение ранее было сугубо официальным.