В отставку этот сержант уйдет по меньшей мере капитаном.
– Размещайте людей, Мирский,– бросил ему подполковник. Оглянулся на меня, потом, перехватив леер, сноровисто поплыл к открытому люку челнока.
Рептилоид просто прыгнул следом. С координацией у него было все в порядке – маленькое чешуйчатое тело мелькнуло через ангар и повисло на обшивке у аварийного люка, вежливо пропуская офицера вперед. Я заметил, что черные береты на миг застыли, впившись в счетчика жадными взглядами. Редко им приходилось видеть «потенциальных противников».
Очень медленно я пополз по лееру к шаттлу.
– Молодец,– похвалила Маша, двигаясь за мной.
Черные береты закончили перегруппировку. Какой в них был смысл – не знаю, внутрь корабля они все равно не заходили. Наверное, уровень допуска не позволял.
В тесный аварийный люк шаттла мы с Машей протиснулись вместе, нежно взявшись за руки. Мне вовсе не хотелось проверять, экранирует ли обшивка корабля сигнал ошейника. Машу, видимо, терзали те же сомнения.
За порогом мы сразу же попадали на пол – здесь существовала гравитация.
Подполковник, ожидающий нас внутри, наконец-то снизошел до общения со мной. Его явно мучил вопрос, как ко мне относиться – как к предателю, как к подконтрольному куалькуа страдальцу, или просто как к дураку.
– Петр… э… вы сейчас находитесь в том облике?
– Вы же наверняка видели мои фотографии,– не слишком вежливо ответил я, вставая.
– Хорошо. Мы… э… просим вас войти в корабль… Геометров.
С вами будет полковник Данилов…
Данилов, забравшийся в шаттл, кивнул.
– Согласен.
Подполковник мрачно уставился на меня. Его продолжали терзать сомнения.
– Мария Клименко останется в шлюзе,– предупредил он.– Если вы закроетесь в корабле…
Я кивнул:
– Поверьте, я понимаю. Что потом?
Данилов и подполковник обменялись взглядами. Между ними явно имела место легкая конфронтация – Александр был старше по званию, но должность подполковника уравнивала ситуацию.
– Запрограммируйте компьютер корабля…
– Его нельзя программировать в нашем смысле слова.
Это почти разумная машина. Он подчиняется мне, но лишь в определенных пределах.
– Тогда убедите! Нам необходимо знать принцип работы их двигателей, оружия, силового поля. Как я понимаю, корабль даже способен производить… собственные детали?
Я вздохнул.
– Не совсем так. Он саморемонтируется. Может восстановить поврежденный двигатель, например. Но это же не фабрика.
