– Где мой дед?
– Это очень сложная этическая проблема,– помедлив, ответил алари.– Боюсь, что я не вправе отвечать, пока он сам не принял решения.
– Карел! Счетчик! – я посмотрел на рептилоида.– Где дед?
Повисла тишина. Ты ведь уже понял,– прошептал куалькуа. – Петя, у меня не было иного выхода,– ответил счетчик голосом деда.
Сволочи!
– Что с дедом? – закричал я.– Что с ним, гады?!
– Петя, это я,– сказал счетчик.
Я шагнул к нему – не знаю, то ли чтобы убедиться, что родной голос идет из нечеловеческой пасти, то ли чтобы придушить чужую тварь, пытающуюся… пытающуюся…
– Не было у меня другого выхода, Петя,– сказал дед.
– Не было.
Беззубая, усеянная жевательными пластинками пасть раскрывалась нервно и дергано, выдавливая звуки человеческой речи с отчаянной старательностью. В голубых глазах счетчика зияла пустота. Ничего, ничего знакомого и родного!
– Я хотел тебя дождаться, Петя,– сказал дед.
И я не выдержал. Ноги задрожали, стены дрогнули, повернулись, а пол прыгнул к лицу.
Глава 2
Лучше всего смотреть в потолок.
Закрывать глаза – неправильно. Тогда сразу начинают лезть в голову разные мысли. А я не хотел сейчас думать. Ни о чем. Куда легче оказалось выбрать на потолке точку и не отводить от нее взгляда.
Так – легче. И можно слушать голос деда, идущий из пасти счетчика, и забывать о том, что произошло.
– Обширное кровоизлияние, Петр. Инсульт. Я никогда не исключал такого варианта, но уж очень не вовремя он выпал. Думаю, сутки бы я продержался, но не больше…
Голос у деда спокойный.
И не потому, что он сейчас в теле Карела. Он бы говорил так же ровно и сухо, валяясь парализованным на койке. Наверное, таким тоном он и соглашался на предложение счетчика…
– Данилов принял мое решение сразу. Маша вот… почти не разговаривает. Ничего, тоже привыкнет.
– Как это было? – с болезненным любопытством спросил я.
– Меня усыпили. Карел считает, что иначе я сошел бы с ума в процессе перекачки сознания. А так… словно засыпаешь в одном теле, а просыпаешься в другом.
– Это страшно, дед? – поинтересовался я. И тут же проклял себя за глупый вопрос. Но дед ответил спокойно:
– Не очень. В конце концов, я давно готовился… хм… уйти насовсем. А случившееся все-таки вариант не из худших. Тяжело привыкать к новому зрению. Если бы ты знал, каким я тебя сейчас вижу… это очень смешно. К этим… лапкам трудно привыкнуть. К тому, что ходишь на четвереньках. Впрочем, я пытаюсь не двигаться, этим занимается Карел.
