Прихватив со стойки остывший до приемлемой температуры стаканчик с нетронутым кофе и твердокаменное пирожное, я пошла искать в подсобных помещениях Ванечку Трошкина.
Хороший мальчик нашелся в мастерской, дверь которой была распахнута настежь для лучшей вентиляции. Просунув между зубами кончик розового языка, Ванечка сосредоточенно и вдохновенно зашкуривал куском наждачной бумаги фрагмент загадочной деревянной конструкции, похожей на четвертованного Буратино.
Руки у меня были заняты продовольственным набором, постучаться я не могла, поэтому просто громко сказала:
— Тук, тук! Можно?
Ванечка Трошкин, тощенький паренек с шапкой легких белокурых кудрей, которым позавидовала бы ухоженная болонка, устремил на меня затуманенный взор и пробормотал:
— А? Чего?
Этот бессмысленный вопрос и рассеянный взгляд подсказали мне правильную тактику дальнейших действий.
Точь-в-точь такое лицо бывает у моего супруга, когда он глубоко задумывается о чем-то своем, интересном только программистам. Например, о проблемах жизнедеятельности кэширующего прокси-сервера — сама я не знаю, что это такое, но звучит пугающе, как магическое заклинание.
В этот момент перед Коляном можно стоять на голове, хлопать в ладоши, кричать петухом, трубить в дудки и потрясать знаменами — он этого даже не заметит. И нипочем не узнает того весельчака, который стоял на голове, хлопал и дудел.
— Привет, давненько мы не виделись! — весело сказала я симпатяге Ванечке, входя в захламленное помещение и протягивая юноше кофе с пирожным.
— Вот, это тебе.
Хороший мальчик машинально принял мои дары и заглянул в кофейный стаканчик с таким удивленным видом, словно созерцал нечто подобное впервые в жизни.
— Ты телефончик Серенького случайно не помнишь? — спросила я, доставая из кармана мобильник. — У меня аппарат сглючил, все номера из памяти стерлись, приходится заново набивать. Посмотри у себя в мобильнике, может, найдешь Серенького?
Замороченный Ванечка послушно отцепил с поясного ремня трубку сотового, подавил на кнопочки и озвучил результат поисков:
— Серенького нет, есть Белочка, его подруга.
— Давай подругу, — согласилась я.
С трудом удерживаясь, чтобы не потереть ладони, я забила названный номер в память своего мобильника, обозначив его буквосочетанием «Бел-Сер», а потом помахала хорошему мальчику ручкой и удалилась.
Вышла на улицу, села на лавочку в тихом скверике, попыталась позвонить клоунессе, но не преуспела: сотовый аппарат абонента находился вне действия сети.
