Колоритная парочка остановилась попозировать фотографу на фоне пестрой клумбы, и тут к новобрачным присоединился взрослый Адин отпрыск, в груди которого зияла сквозная дыра, абсолютно несовместимая с жизнью. В одном синем кулаке Дима сжимал копию свидетельства о своей смерти, а в другом букет из дохлых мышей — мохнатых, с длинными голыми хвостиками, серых в горошек.
— Приехали! — вскричала Ирка, разогнав своим воплем привидевшихся мне жмуриков. — Ну, что, пойдем принимать работу?
Тут только я вспомнила, что в моей квартире ведутся широкомасштабные сантехнические работы, за которые еще предстоит расплачиваться.
На ходу нашаривая в сумке бумажник, я поднялась на второй этаж и прислушалась под дверью. Изнутри не доносилось никаких звуков, свидетельствующих о протечках, равно как и об устранении таковых.
— Смелее! — сказала Ирка, толкая дверь.
— Вы уже вернулись? — с откровенным сожалением спросил соседский юноша, чья костлявая попа за шесть часов должна была срастись с табуретом у компьютерного стола.
— А где мастер? — спросила я, заглянув сначала на кухню, а потом в ванную.
Всюду блестели новые краны, а из крышки унитазного бачка торжествующе торчала сверкающая ручка.
— Он уже ушел, — сообщил компьютерный маньяк, не отрывая взгляда от монитора. — Я заплатил ему триста рублей за работу, и он написал расписку в получении. Кроме того, ваш мастер принес из магазина товарный чек на приобретенное водопроводное и сантехническое оборудование, все бумаги лежат в кухне на столе.
— Огромное тебе спасибо! — с чувством сказала я, с трудом удержавшись, чтобы по-матерински не чмокнуть лопоухого студиозуса в вихрастую макушку.
— Вот тебе твои триста рублей и еще сто — премиальных.
— Не надо премиальных, — отмахнулся паренек. — Я, пока у вас сидел, нашел себе в сети курсовик, скачал и даже успел его распечатать. Бумагу я свою принес, но немножко разорил вас на Интернете, ничего?
— Пустяки, — великодушно сказала я. — Интернета у нас в доме валом, а вот хозяйского глаза не хватает. Сегодня ты заполнил собой эту вакансию, и я тебе за это очень благодарна!
— Всегда пожалуйста! — сказал милый юноша, с трудом отклеиваясь от табурета.
— Ну, я пойду?
— До свидания, — кивнула я.
— До свидания, — сказал паренек, как мне показалось — компьютеру.
Во всяком случае, смотрел он в этот момент по-прежнему в прощально помаргивающий монитор.
В шестом часу вечера, мечтая об ужине, мы вернулись в Пионерский и застали наших мужчин за поглощением свежеприготовленного шашлыка.
