Впрочем, это все не важно, не важна хорошая девочка Алиса, не важны обрывки ткани, которые больше ничего не стоят, важны только ее губы, ее тело…
Василиса застонала и откинулась в моих руках, я с трудом удержал ее, еще полгода назад, я бы на такое был не способен, слишком уж слабым и запущенным было мое тело в те времена, да в те времена мне бы и не светила близость с такой красавицей.
Девушка застонала снова, но на этот раз она теснее прижалась ко мне и тело ее затрясло.
— Не хочешь ничего рассказать? — Спросил я.
Василиса сидела за столом так и не удосужившись поправить юбку и уплетала бутерброды с мясом. Странно все это было, обычно то она следила за тем, что ест, мучное конечно употребляла, но чтобы вот так, толстые куски хлеба с не менее толстыми шматами мяса. И ела она жадно, не аккуратно, так, словно голодала дня три.
Василиса подняла на меня мутный после секса взгляд и очень эротично облизала пальчики, испачканные в жире.
— Не хочу! — Категорично заявила она. — И вообще! Ты мне обещал отдых, спокойный вечер, с уютной кроваткой и фильмом.
— Она в два глотка осушила чашку с чаем и оглядевшись ухватила со стола бутылку коньяка после чего плеснула его в освободившуюся тару.
За раз опрокинув в себя пол кружки крепкого алкоголя, она мне игриво подмигнула.
— Пошли! — Вздохнул я. — Дам тебе футболку."
"Я прекрасно знал то состояние, в котором сейчас пребывала Василиса, чуть меньше года назад пребывая в точно таком же, я бросил все и купил билет на поезд, на котором и приехала в Караваев.
Загнанный зверек, в отчаянном положении, выгоревший без остатка и осознавший, что вся жизнь, прожитая до этого момента, шла по какому-то не тому руслу.
Василиса послушно направилась за мной в спальню и чуть скривившись приняла футболку с надписью «Театр мечты».
— Ненавижу эти твои футболки. — Пробормотала она, но все же натянула ее на себя и во внезапном порыве, крепко меня обняла. — Дим! Я похоже срываюсь!
— Я вижу! Что происходит? — Я нежно погладил ее по голове, у всех, даже у самых сильных и независимых бывают срывы, и очень плохо, когда в такой момент, у тебя нет такого человека к чьей груди можно было бы прижаться.
А у Василисы похоже именно так дела и обстояли, несмотря на всю власть и положение, несмотря на наличие законного супруга и толпы подчиненных, кроме меня в ее жизни близких людей не оказалось.
— Да ничего особенного. — Вздохнула девушка. — Просто все в целом и по мелочам.
