— Ты, дурак пьяный, мне жениться предлагал, да как предлагал. Это вообще отвал башки, такого сокровища я в своей жизни упустить просто не могу. Была бы я дурой не адекватной, я бы это предложение на видео записала и демонстрировала тебе и всем знакомым. Цитирую, не дословно, но близко к тексту, «Я тебя люблю, но я не уверен, потому что, Яру я тоже люблю, но не знаю, мне же с ней пожить не дали, а вдруг она, как ты, в постели супер, а в быту деспот, садист, узурпатор», ты, кстати, знаешь, что значит слово узурпатор? — Она давилась от хохота, но все же держала себя в руках.
— Но это не все, дальше про Яру. «Маш! Я к ней пойду поживу ненадолго, а потом снова к тебе вернусь!» — Тут она не удержалась и заржала в голос. — Во-первых я не Маша, сколько раз говорить! Во-вторых, можно, конечно, милый! Мы женщины такие вещи не просто прощаем на раз, мы их обожаем, конечно же перед тем, как остановиться на мне, ты просто обязан попробовать и всех остальных, а вдруг они лучше.
Я почувствовал, как полыхают мои щеки. Мне сейчас было просто невероятно стыдно, я приперся к ней после другой женщины, в дупель пьяный, да еще и нес такое…
— Прости! — Только и сумел выдавить из себя я.
— Да ничего! — Махнула она рукой. — Ты еще много чего говорил, но это уже не мое дело, одно скажу, ты хренов самоубийца! — До этого, мне казалось, что еще сильнее покраснеть я не смогу. Смог! — Да ладно тебе. — Марья склонилась ко мне и нежно поцеловала меня в лоб. — Ничего страшного не произошло. Ничего нового ты мне не открыл. Я и так знала, что ты меня любишь, одно любопытно, кого же ты вчера такого умного трахал, что тебе глаза на очевидное раскрыли?
— Официантку из клуба.
— Со вздохом признался я.
— Познакомишь потом! — Усмехнулась девушка и вручила мне таблетку антипохмелина. — На, пей! Тебе еще убийство раскрывать.
— Какое убийство? — Удивился я. — То, что вчера что ли, так меня отодвинули от расследования.
— Кто посмел? — Деланно удивилась Искусница. — Варька что ли? Как у нее получилось? Она ниже тебя в иерархии, она отодвинула, а ты пододвинься.
Иначе ты от рутины умишком тронешься! Дим! Ты вчера нажрался от безысходности, пустился во все тяжкие. Как часто ты так поступал в жизни?
— Ни разу. — Признался я.
— Вот именно! — Марья щелкнула меня по кончику носа. — Ты в отчаяние начал скатываться напридумывал себе непойми чего, что ты никому не нужен, что ты бездарь, потому что не можешь Бельского найти. Его и до тебя всем составом Института и местной полиции найти не могли.
