– Никого?
Мимо коня Юкии и молодого господина с криком пролетел коршун. Тишина. На шестах для просушки развевалось выстиранное белье. Под карнизами крыш тоже сушились вещи – здесь явно жили люди. Две пустые подводы стояли, будто на них кто-то только что ехал и просто бросил здесь.
«Может, все ушли в горы?» – подумал Юкия, но тут же заметил что-то на краю колодца рядом с одним из домов.
– Ваше Высочество! – он потянул молодого господина за уэ и свободной рукой указал вниз.
– На что это похоже?
На чисто выметенной земле у колодца виднелось черное пятно, напоминавшее лужу, и нечто вроде рулона ткани.
– Отсюда не вижу.
– Может, спустимся?
Молодой господин чуть подумал и кивнул. Потянув поводья, он направил коня к небольшой площадке рядом с колодцем.
Спрыгнув с коня, Юкия тут же поморщился и неосознанно сделал шаг назад. Теперь и он почувствовал запах крови, о котором говорил хозяин. Действительно, нехороший запах, запах крови множества живых существ. А еще – запах мертвой плоти, начинающей разлагаться.
Прямо перед Юкией пролетела муха, и он проследил за ней глазами, а осознав, что лежит перед колодцем, ахнул.
Это была человеческая рука.
Она лежала в луже крови, которая сверху выглядела как лужа воды.
В ужасе от этой сцены, Юкия сразу заметил и то, что находилось за лужей. От того места, где осталась рука, к двери ближайшего дома тянулся след, будто что-то волокли. Раздвижная дверь сейчас была закрыта. У Юкии мороз прошел по коже. Не успел он ничего сказать, как молодой господин уже оттащил его в сторону.
– Молчи. Приготовься сразу оборотиться, – прошептал он, и Юкия кивнул.
Убедившись, что слуга отошел, молодой господин вынул меч. Он коснулся двери и резко открыл ее. Свет снаружи осветил комнату.
Зрелище было ужасное. По комнате беспорядочно валялись останки погибших. Среди них лежало тело женщины, на ее лице застыло выражение мучительного страдания. Пол у очага залит кровью так, что его изначального цвета не разобрать. У стены – горка обглоданных костей.
А в центре комнаты скорчилась какая-то черная тень. Она двигалась. Среди тошнотворного запаха раздавались хлюпающие звуки. Тень увлеченно занималась чем-то, что находилось перед ней, – и вдруг замерла. Сидя на месте и не разгибаясь, фигура повернула к ним удивленное багровое лицо. Оно не могло принадлежать ятагарасу: глаза широко раскрыты, белков не видно, радужка светится золотым, забрызганное кровью тело покрыто густой шерстью.
Обезьяна! И очень большая.
