Темно-серые глаза, внимательно глядевшие на собеседника, создавали у того впечатление, что его сосредоточенно слушают. Также Томсон много времени проводил в спортзале, стараясь поддерживать себя в форме, что положительно сказывалось на его фигуре.
В общем, Райан считал, что его внешние данные были более солидными, в отличие от Фрэнка с его мальчишеским выражением лица и ежиком светло-русых волос на голове.
Однако, как ни странно, именно вследствие этого обманчивого впечатления, которое Нортон оказывал на окружающих, ему удавалось с блеском проворачивать такие сделки, какие другому были просто не по плечу.
Фрэнк мог ввести кого угодно в заблуждение своим внешним видом, но его мозг в это время работал с утроенной силой, позволяя незаметно для остальных участников переговоров выторговать наиболее выгодные условия сделки.
Райан не понимал, как так выходило. Однако факт оставался фактом: Фрэнк всегда умудрялся заключить тот или иной контракт с наибольшей выгодой для их предприятия."
"И вот теперь Томпсону предоставлялась возможность доказать, что он тоже на что-то годится.
Поэтому он ухватился за сообщение Фрэнка, стараясь убедить того поехать по своим делам.
Фрэнк слушал заверения друга и пытался понять, почувствовать, как ему действительно следует поступить. Но в мозгу уже засела мысль о том, что он должен участвовать в гонках. И мысль эта не давала ему покоя…
Нортон вернулся к столу и сел в кресло. Задумчиво постучал карандашом по гладкой, будто полированной, столешнице, выполненной из черного дерева.
Ему нравились строгие цвета. И кабинет был тому примером: белые стены, несколько постеров, мебель выполнена из черного дерева, диван и кресла обиты серой кожей. Лишь несколько растений, которые его с Фрэнком общая секретарша все-таки разместила в помещении, придавала тому хоть какое-то подобие уюта на посторонний взгляд. Самому же хозяину нравился его лаконичный, обставленный без всяких излишеств кабинет.
– Значит, думаешь, все будет в порядке, – повторил он слова друга.
– Конечно! – Райан в порыве немного подался вперед и чуть не растянулся на поверхности стола, но вовремя опомнился, схватился руками за край, откинулся на спинку кресла, как ни в чем не бывало.
– Сам подумай, ну что такого может случиться? Мы уже все обговорили. Подписание документов – лишь формальность. Я обладаю теми же правами, что и ты, значит, вполне смогу заменить тебя.
Карандаш Фрэнка замер в его руке, затем вернулся обратно в специальный стаканчик. Нортон поднялся.