Блондин несколько секунд вглядывался в обложку, после признался нехотя:
— Эрик, извини… но это смахивает на отговорку.
— То есть? — красноволосый посуровел резко, но глава тайной канцелярии не дрогнул. Уверенно перевёл взгляд на наследника, сказал, глядя в глаза:
— Ключ — отговорка. Желание заполучить колдунью затмило твой разум.
С тем же успехом Кардер мог попробовать пробить каменную стену.
— Ничего подобного, — принц усмехнулся. — Я забочусь о своей репутации. И, следовательно, репутации короны.
Блондин отступил и неожиданно для самого себя улыбнулся.
Догадка была настолько невероятной…
— Всё-таки влюбился?
— Кардер, это не так! — воскликнул Эрик.
Избавиться от улыбки Кардер не смог. Чувствовал, что не стоит продолжать, но отказать себе в удовольствии… нет, проще поймать магов крови!
— А ты чего взвился? — прищурившись спросил он.
— Кто? Я? Я спокоен! А ты говоришь глупости! Пока копался в сознании Грехты, безумием заразился, да?
— Если кто и обезумел, то…
— Кардер!
И всё-таки принц утратил выдержку.
Оскалился, глаза превратились в алые угли, на кончиках пальцев правой руки вспыхнуло пламя.
— Молчу! — выпалил блондин, выставил руки в ограждающем жесте.
Вот только задетое самолюбие наследника сдаваться не собиралось.
— Я её хочу, — прорычал красноволосый, сделал угрожающий шаг вперёд. — Хочу, и ничего больше! И получу! А когда получу — успокоюсь и забуду!
— Да-да. Всё именно так и будет.
— Прекрати улыбаться! — возопил наследник, и всё-таки ударил огненной плетью.
Бил, разумеется, мимо. Просто, чтобы снять напряжение. Паркет вздыбился, обуглился, по полу пролегла уродливая чёрная полоса. Задетая гардина загорелась, оранжевые языки пламени радостно карабкались вверх по ткани, чадили.
Кардер вмиг посерьёзнел:
— С нами пойдёт дюжина моих «гвардейцев».
— Да хоть все войска! — прорычал принц и заспешил к кабинету, где дожидался старый граф."
"Браэртор действительно перестраховался. Прежде чем в гостиную поместья, которое старик любовно величал «дворцом», доставили клетку, Эрик взбесился окончательно.
Едва не подпалил несколько фамильных портретов и едва удержался от безумного желания разбить физиономию Неррелу. И это несмотря на то, что молодой граф вёл себя очень корректно.
Когда лакеи боязливо поставили клетку у ног Эрика, скользнул взглядом по девице, сжавшейся внутри — в животе похолодело. Он с ненавистью бросил книгу Вереза на пол, кивнул помощникам из тайной канцелярии.
