Я… я обижена, я рассержена, и… не желаю признаваться первой! Я не буду бегать за Эриком. Никогда!
— Любишь… — губы огненного наследника растянулись в хитрющей улыбке. А потом этот бессовестный мужчина спросил: — А ты сейчас в сознании?
Чёрт! Да сколько можно!
— Эрик…
Закончить мне не позволили…
Он целовал страстно, требовательно и вместе с тем невероятно нежно. Я даже помыслить о сопротивлении не могла — отвечала на поцелуй со всей искренностью. Голова кружилась, тело изнывало от охватившего жара, сердце билось часто и сильно, душа трепетала.
Не прерывая поцелуя, Эрик принялся стягивать платье, а я… по-прежнему не могла, не хотела сопротивляться. Я наслаждалась его губами и прикосновениями, которые становились всё менее целомудренными — а других уже не хотелось. Я выгибалась навстречу его ласкам, и уже не могла сдерживать стонов.
Когда с платьем было покончено, и на мне осталось только нижнее бельё местного покроя, Эрик отстранился. Сердце кольнул испуг — боже, я в панталонах! Что может быть ужаснее панталон? Но у Эрика было совсем иное мнение… Он стягивал этот элемент наряда медленно, с невероятным азартом, не забывая покрывать поцелуями каждый миллиметр освобождённой кожи.
Маечку тоже снимал долго — развязывал ленточки-бретельки зубами, попутно целовал плечи и шею. Его руки по-прежнему обжигали, они давно перешли все грани приличий. Я стонала и выгибалась, пыталась прервать невероятную, бесконечно сладостную пытку, но не могла. Эрик не желал отпускать, он упивался этими стонами.
Когда маечка, а вслед за ней и чулки, улетели во тьму спальни, огненный принц всё-таки поддался. Я оказалась сверху, прижалась губами к его губам. Кожей чувствовала невероятный жар мощного тела, и таяла, таяла, таяла… Доминировать пришлось недолго, капитуляция была безоговорочной и невероятно желанной. И Эрик… избавленный от остатков одежды, был желанным… Я никогда не чувствовала такой жажды. Никогда!
Я тонула в ощущении неземного счастья. Взлетала к небесам, влекомая огненным ангелом по имени Эрик, и падала в бездну вместе с Эриком-демоном — сладострастным, искусным, невероятным…
…А потом я, завёрнутая в тонкую белую простынь, сидела на коленях у огненного принца и послушно пила вино из его бокала.
Он целовал кончики пальцев и ласкал взглядом. За окном царила тьма, раскрашенная разноцветными огнями города и припорошенная россыпью звёзд.
— Ты… любишь меня? — шепотом спросил Эрик.
— Нет, — улыбнулась я. — Терпеть не могу.
Принц хитро прищурился.
