Только бы и в суде защищал ее с таким же рвением…
Елена улыбнулась:
– Да не было никакого «БМВ». По крайней мере, у меня. Просто один из знакомых попросил на мое имя машину оформить. У меня-то с документами все в порядке было, а у него – то ли судимость, то ли еще какие-то проблемы… Я ему свой паспорт на пару дней отдала, а он мне за это какую-то мелочь подарил – золотую цепочку, что ли… А машины этой я и не видела никогда. Ее, кажется, сразу в Грузию перегнали.
– Опрометчиво, – осудил адвокат.
– А что вы хотите: я тогда совсем девчонкой была! – вздохнула Кривцова.
– Сами, что ли, никаких глупостей в этом возрасте не делали?
Он надменно улыбнулся. Всем своим видом давал понять: уж я-то, если и куролесил, следы заметать умел. И столь нелепо бы никогда не попался. Весь такой чистенький, правильный…
Может, сменить этого красавчика, пока не поздно?..
Тем более что он еще и говорит ей, так хитренько:
– Значит, мы с вами с чистой совестью можем подавать против этого следователя, который вас обвинил, иск? И привлечь его за клевету?
– Да, можем! – взорвалась Кривцова.
– Потому что я никогда не была проституткой! Не стояла ни на каких учетах! И максимум, что позволяла любовникам, заплатить за свой коктейль.
– Тогда я буду готовить документы, – усмехнулся адвокат. – Засудим этого вашего Таранина.
– Ну, наверно… – не очень уверенно откликнулась Кривцова. И неохотно добавила: – Хотя однажды – единственный, подчеркиваю, раз – мы с подружками попались. В баре устроили облаву и в отделение всех увезли.
Даже двух пожилых чиновниц, которые забрели туда просто из любопытства. Нас ни в чем не смогли обвинить – но на заметку взяли. Мне в школу сообщили… Но если девушку раз в жизни застают с мужчиной в баре, это вовсе не означает, что она проститутка!
– А что по поводу вашей судимости за мошенничество? – не отставал адвокат.
– Господи, ну неужели непонятно: этот парень будет утверждать, что ему велят! Отрабатывать Макаровы деньги!
– Значит, уголовного дела не было?
– Ну… почти не было.
Его только пытались возбудить. По статье восемьдесят восьмой старого кодекса."
"– Незаконные валютные операции? – продемонстрировал эрудицию юрист.
– О да! Двадцать долларов я попыталась купить… Но дело даже до суда не дошло. Развалилось по ходу. Закрыли за недостаточностью улик.
– Да, по нынешним временам – действительно глупость… – усмехнулся адвокат. – Эту статью из кодекса еще в девяносто четвертом году исключили.
– В том-то и дело! – горячо воскликнула Елена.
