Мисс Тервиллингер поправила очки:
— Чем вызвана твоя заминка?
Она замечала каждый промах. Мне не хотелось находиться в классе, но она все-таки — моя преподавательница, а учеба являлась частью моего задания… Как меня угораздило вляпаться в ее злосчастный курс?
— Но это не имеет смысла. Как и все остальное такого рода. Если рассуждать логически, то нужно нечто материальное, чтобы воспользоваться закли… этой штукой. Возможно, следует надеть амулет. Или что-то выпить. Мне трудно поверить, будто заклинатель — единственный, кто нуждается в усилении.
У меня складывается ощущение, что ему требуется некая связь с объектом заклинания.
— Ты затронула ключевое понятие усиление, — отозвалась мисс Тервиллингер. — Амулет усиливает волю заклинателя, как и заклятие. Если ритуал проделан правильно, а заклинатель опытен и силен, — его действия подчиняют объект силе повеления. Возможно, все дело в головном мозге — это мощный инструмент.
— Сила повеления, — пробормотала я себе под нос и невольно сделала знак алхимиков, отвращающий зло.
По-моему, так поступать — неправильно.
— Но чем заклинание отличается от принуждения, которое используют твои друзья вампиры?
Я оцепенела. Мисс Тервиллингер давно призналась, что осведомлена о мире мороев и стригоев, но я избегала этой темы. Магия татуировки не мешала мне обсуждать вампиров с теми, кто знал о них, но не хотелось случайно выболтать подробности своего задания, касающиеся Джилл. И тем не менее ее слова меня испугали. Действительно, заклинание напоминало принуждение, которое использовала Соня, успокаивая Кларенса.
Только вампиры могли применять магию без вспомогательных средств. Заклинание требовало материальных компонентов, но мисс Тервиллингер заявила — для людей такой расклад вполне нормален. Она как-то говорила, что у мороев — дар врожденный, а людям приходится силой добывать магию у мира. Мне такое объяснение показалось лишним доказательством того, что нам не следует совать нос в подобные дела.
— Они поступают неверно, — произнесла я, осмелившись упомянуть о мороях вслух.
Мне не нравилось, что способности, которые я считала столь искаженными и дурными, присущи и людям. — Никому не следует обладать подобной властью над другими.
Мисс Тервиллингер ехидно усмехнулась:
— Ты очень заносчиво относишься к делу, в котором абсолютно неопытна.
— Опыт нужен не всегда. Я никогда никого не убивала, но знаю, убийство — это дурно.
— Не стоит обесценивать заклинания.
