Мы проверили некоторые записи самостоятельно, но Адриан не… на этой неделе он мало уделяет времени исследованиям. Как и учебе.
Дмитрий кивнул:
— Я съездил к нему сегодня. Он мне даже не открыл — говорил из-за двери. Понятия не имею, сколько он выпил, но, видимо, изрядно.
Учитывая их сложные отношения, я думала, он отзовется о пороках Адриана с презрением. Но в голосе Дмитрия прозвучало разочарование, словно он ожидал от Адриана лучшего.
— Именно о нем я и хотела с вами поговорить, — произнесла я. Я почти ничего не съела, и сейчас принялась нервно отрывать от ролла кусочки.
— Нынешнее настроение Адриана — не совсем его вина. В прошлые выходные мы встретились с его отцом. И… без особого успеха.
В темных глазах Дмитрия промелькнуло понимание.
— Я не удивлен. Натан Ивашков — не самый легкий в общении человек.
— Он разнес в пух и прах все, что Адриан пытался сделать. Я пыталась заступиться, но мистер Ивашков не стал меня слушать. Поэтому я подумала — вдруг вы сможете помочь?
Соня искренне изумилась:
— Я охотно поддержу Адриана, но что-то мне подсказывает, Натан не придаст этому никакого значения.
— Нет, здесь совсем другое. — Теперь я перешла к хлебу принялась крошить ломоть на тарелку. — Вы оба близки к королеве. Если бы вы попросили ее поговорить с отцом Адриана… Рассказать, чем он сейчас занимается. Насколько он полезен. Кто знает? Ведь мистер Ивашков не станет слушать ни Адриана, ни кого-либо еще, но к рекомендации королевы отнесется серьезно.
Дмитрий задумался:
— Она согласится на подобную беседу.
Королева всегда питала слабость к Адриану. Как и все остальные.
— Нет, — упрямо заявила я. — Не все. Половина его презирает и считает бесполезным, как и его отец. Другие просто пожимают плечами и прощают парня со словами: «Ну, это же Адриан»."
"Соня внимательно и весело посмотрела на меня.
— А ты?
— Я не считаю, что с ним следует обращаться как с ребенком или пренебрегать. Если ожидать от него великих свершений, он будет способен на них.
Соня промолчала, и я заерзала под ее испытующим взглядом.
Мне не понравился ее взгляд. Тут дело не только в ауре — она будто заглянула мне в душу и в сердце.
Мы расплатились по счету, и у Дмитрия зазвонил мобильник.
— Алло? — произнес он и переменился в лице. Свойственная ему свирепость исчезла, и он просиял. — Нет-нет! Ты всегда вовремя, Роза.
Не представляю, что она говорила, но Дмитрии начал широко улыбаться.
— Пусть они поболтают, — произнесла мне Соня и встала.
