– Помоги Коко! Помоги ей!
«Что бы ни случилось, ты должен вытащить Лу».
– Лу, – процедил я, но мои слова заглушил визгливый крик. Я развернулся и увидел, как Коко упала на пол. И уже не встала.
– Коко! – воскликнула Лу.
И грянул хаос. Ведьмы ринулись вперед, но им навстречу поднялся Ансель – одиночка против сотен. К моему отчаянию, за ним последовал и Бо, но оружие доставать он не стал. Вместо этого он стащил пальто и обувь, безумными глазами оглядывая толпу. А когда увидел полную ведьму из зала, ткнул в нее пальцем и заорал:
– ГРУДАСТАЯ ЛИДДИ!
Ведьма вытаращила глаза, когда Бо стянул еще и штаны и начал петь во все горло:
– БЫЛА НЕ КРАСОТКА ГРУДАСТАЯ ЛИДДИ, НО в МИРЕ НЕ СЫЩЕШЬ СОЧНЕЙ ЕЕ ТИТЕК!
Ведьмы, что стояли ближе всех к нему – среди них были Элинор и Элайна, – застыли как вкопанные.
Они так изумились, что на миг позабыли свой гнев, когда Бо стащил через голову рубашку и продолжил петь:
– ЗА НЕЙ МУЖИКИ УВИВАЛИСЬ, ДА ЗРЯ – ПОТУГИ ИХ БЫЛИ ЕЙ ДО ФОНАРЯ!
Моргана оскалилась и кинулась к нему.
Из ее плеча хлестала кровь. Она отвлеклась, а только это и было мне нужно. Пока Моргана не успела вскинуть руки, я прыгнул на нее и прижал нож к ее горлу.
– Рид! – Услышать этот голос я ожидал меньше всего. Только он во всем мире мог заставить меня помедлить в этот миг. И я помедлил.
Это был голос Архиепископа.
Моргана попыталась обернуться, но я вдавил лезвие глубже.
– Ну давай, шевельни руками, попробуй.
– Надо было утопить тебя в море, – прорычала она, но руки ее тем не менее застыли.
Медленно и осторожно я обернулся. Темнокожая ведьма вернулась, а рядом с ней в воздухе парил беспомощный Архиепископ. В глазах его плескался страх… И что-то еще. Тревога.
– Рид! – Грудь его тяжело вздымалась. – Не слушай их. Что бы ни случилось, что бы они ни сказали…
Темнокожая ведьма рыкнула, и его слова переросли в крик.
Моя рука скользнула, и Моргана зашипела – по ее горлу потекла кровь. Темнокожая ведьма шагнула ближе.
– Отпусти ее, или он умрет.
– Манон, – взмолилась Лу.
– Не надо, пожалуйста…
– Тихо, Лу. – Глаза Манон светились маниакальным безумием, и увещевать ее явно было бесполезно. Архиепископ продолжал кричать. Вены под его кожей почернели, как и ногти, и язык. Я в ужасе уставился на него.
Я не видел движения рук Морганы до тех самых пор, пока она не схватила меня за запястья. Немыслимый жар тут же оплавил мне кожу, и мой нож упал на пол.
Я не успел моргнуть и глазом, а Моргана уже схватила нож и кинулась к Лу.
