– Я счастлива, что ты веришь мне, Снежка, – сказала Цирцея. – И надеюсь, что сделала правильный выбор, решив взять тебя вместе с собой. Только обещай, что всё будешь делать так, как я скажу.
Белоснежка улыбнулась Цирцее и ответила, крепко сжимая её руку:
– Обещаю, потому что верю тебе.
Они обнялись, и в этот момент в комнату вошла миссис Тиддлботтом. В руках у неё была большая плетёная корзина с крышкой, до краёв набитая припасами. Еды в ней было, пожалуй, даже больше, чем могло понадобиться путешественницам.
– Ну что ж, мои дорогие, вы уж там будьте осторожнее, хорошо? Знаете, сама-то старая миссис Тиддлботтом не ведьма, конечно, и не будет прикидываться, будто знает всякие там ведьмовские штучки, но нюх на волшебство у неё есть. Чувствую я этот запах, чувствую, милые вы мои. Я скажу вам, о чём я говорила Примроуз и Хейзел. Моя-то сказка к концу подходит, но ваша, красавицы, только начинается. Так вот, не дайте себе быть втянутыми в чью-то чужую историю. Держитесь только в рамках своей собственной сказки, мои дорогие.
И если потребуется, напишите в ней своё собственное окончание.
Снежка расцеловала пожилую женщину в обе щеки, а Цирцея внимательно и удивлённо посмотрела на миссис Тиддлботтом и сказала:
– Миссис Тиддлботтом, в подвале было зеркальце, которое я попросила Снежку принести для вас. Если вам что-то понадобится, просто назовите моё имя, и я сразу же появлюсь в зеркальце. Так связаться со мной будет намного скорее, чем почтовую сову посылать или ворона.
– Не думаю, что это зеркальце мне понадобится, но у меня такое ощущение, что так вам будет спокойнее. Хорошо, если что, я использую зеркальце, – улыбнулась миссис Тиддлботтом. – Ты так много для меня сделала, милая Цирцея. А теперь идите! Идите, и позвольте старой миссис Тиддлботтом немного отдохнуть.
Белоснежка и Цирцея перенесли в домик злых сестёр провизию, ящики с книгами из библиотеки Готель и разные сундучки. Уходя, Примроуз и Хейзел бросили буквально всё, даже деньги и ценности.
Цирцея оставила в спальне миссис Тиддлботтом небольшой сундучок с монетами – этого богатства должно было хватить пожилой женщине на много лет счастливой безбедной жизни. Цирцея решила, что Примроуз и Хейзел не стали бы возражать против этого, – ведь эта женщина столько лет заботилась о них, пока они были мёртвыми. Сундучок с монетами – это, пожалуй, самое малое, чем они могли отблагодарить её за это.
