– Эти воевать уже не будут, – удовлетворенно произнес Варотти.
– Не будут, – подтвердил Луиджи, вспоминая вцепившихся в бочонки и доски бедолаг. Кто-то умирал от холода прямо в воде, кого-то вытаскивали свои или чужие. Когда они гнались за купцом с танцующими журавлями на корме, сбоку мелькнул обломок мачты, за который держались двое. Тогда было не до них, теперь вспомнилось...
Позже они выловили человек двадцать. Других. А что сталось с теми? Рядом разворачивался какой-то торговец, может, подобрали?
– Эй, – услышал собственный голос Луиджи, – глядеть по сторонам.
Искать, спасать тонущих...
– Далеко больно, – зевнул Варотти, – досюда иначе чем на шлюпке не доберешься.
Плеск весел, уханье барабана, крупные белые звезды, скоро Излом, осень станет зимой, начнется новый год, первый год большой войны. Надо написать отцу про сражение, иначе обид не оберешься. Написать и нарисовать, кто где дрался.
– Справа по носу шлюпка, – закричали с носа, – большая...
– Куда совать-то будем? – проворчал Варотти, вглядываясь в усыпанную звездами тьму.
– Закатные твари, и куда прут?!
Шлюпка, даже не шлюпка, а настоящий вельбот, полным ходом шла наперерез галере. Кто-то, став в полный рост, махал руками и кричал.
– Может, свои? – предположил Луиджи. – Мало ли...
– Точно, свои, – кивнул Уго, – только что они тут забыли?
– Поднимутся – узнаем.
«Влюбленная акула» закачалась на невысокой волне. Заканчивался прилив, на берегу завыла какая-то тварь. Волк? Собака? Выходец?
Плеск раздался уже у самого борта, глухо стукнуло дерево о дерево.
– А если «гуси»? – поменял свое мнение Варотти. – Нужны они нам?
– Мы им нужны, – вздохнул Луиджи. – Бросьте шторм-трап, не на абордаж же они нас брать собрались.
Первым через борт перебрался парень в мокром чужом мундире.
– Во имя Создателя, – выкрикнул он на талиг, шаря по чужим лицам отчаянным взглядом, – здесь есть врач?!"
"Глава 11
Надор
399 года К.С. 16-й день Осенних Молний
1– Сударыня, – возвестил Эйвон Ларак, горяча́ давным-давно отрекшегося от плотских утех жеребца, – добро пожаловать в гнездо Окделлов!
– Благодарю вас, сударь, – соврала со всей возможной вежливостью Луиза, – я счастлива увидеть дом святого Алана.
– Я покажу вам его комнаты, – пообещал Эйвон Ларак, – они в Гербовой башне, самой высокой из всех.
– Ах, – закатила глаза капитанша, – я попала в легенду!
Правильнее сказать, вляпалась. Торчащий на горе замок казался высокомерным, унылым и облезлым.
