Как начнут прочесывать море, так и проутюжат до самой Штейнхунд, и уж тут как повезет... Шкипер вытащил флягу, потряс под ухом, внутри призывно булькнуло, но Юхан всегда знал, когда нужно остановиться. Потому и выныривал из всех передряг, как деревянное яйцо. Добряк щелкнул грудастую рыбодеву по переходящему в хвост круглому пузу и изрек:
– А что мы забыли на севере, цыпочка ты моя?
Цыпочка гордо промолчала, Клюгкатер сунул флягу в карман, чихнул и почесал нос. Если мы ничего не забыли на севере, почему бы нам не пойти на юг? Там фрошеры искать не станут, в Ардоре врагам Талига ловить нечего, но разве Добряк Юхан кому-нибудь враг? Он – мирный купец, его знает все побережье, и ардорская таможенная служба в том числе.
– Юнга, – гаркнул шкипер, – живо, крабий пащенок!
– Здесь юнга, – на военный манер завопил Питер.
– Передай рулевым: курс юго-юго-запад. Только тихо!
Племянник растворился в сумерках, почти сразу заскрипели реи. «Селезень», как и положено приличной утке, отбывал в теплые края. Пережидать зиму.
Добряк Юхан неторопливо прошелся по корме, весьма довольный своим судном и собой. Правильно он продавал тестю господина капитана над портом кэналлийское по цене торского... Браунбард говорил, что он выбрасывает деньги, а где теперь этот Браунбард, господа селедки? С крабовой тещей пиво пьет! Нет, прикармливать нужных людей – это не убытки, убытки – это тащиться за ненужными!
– Судя по всему, мы оторвались, – лейтенант Лёффер стоял сзади и улыбался. – Это не может не радовать.
– Оторвались, – Юхан еще раз чихнул, но на сей раз обошелся посредством платка.
– Можете отправляться спать, дальше мое дело.
– Постойте, шкипер, – лейтенант глубоко вдохнул и зажмурился, – дайте отдышаться. Какая же гадость этот дым, тут хоть звезды видно. Кстати, если я в них что-то смыслю, мы идем на юг...
А он не дурак, этот Леффер, хотя это и раньше ясно было. Ну, была не была. Добряк Юхан извлек любимых «рыбодев» и протянул лейтенанту.
– Ветер свежий, грейтесь. – Взял, руки заняты, вот и славно, а сейчас выбирай – или денежки в карман, или нож в горло.
– Я иду в Ардору. Я – человек мирный, мне моя лоханка дороже, чем кесарская задница. Да и до нее пока доберешься, четыре раза на дне окажешься.
– Давно хотел побывать в Ардоре, – ухмыльнулся Леффер, – а вот на дно меня как-то не тянет. И моих парней тоже, но Традуска – торговый порт, вас спросят, что вы везете.
– Товар на борту есть, – показал крепкие зубы Добряк Юхан. – Продовольствие, полотно, инструмент.
