Бросаю беглый взгляд на спешащих к нам мужчин.
Пашенька уже вовсю обнимает папу. Довольный мальчишка висит у него на руках и задорно смеется.
Машенька плачет.
– Ты чего? – все-таки ушиблась. Блин, не успела вовремя поймать.
– У-у-у, – рыдает вместо ответа.
– Сильно ударилась? – пугаюсь. В голове тут же начинаю перебирать всевозможные варианты. Вывих, сотрясение, перелом!
В панике снова смотрю на Мака и стоящего рядом с ним отца близнецов. Они оба заняты Пашей и совершенно не обращают внимания на меня и Машу.
Блин. Блин! Бли-и-ин!
– Так, давай я тебе помогу. – Принимая решение, опускаюсь перед девочкой на колени. Нужно, чтобы Машенька забралась на меня.
Нам нужно в больницу. На рентген! Срочно!
– Залезай ко мне на руки, я тебя отнесу до машины, – стараюсь не выказать волнения. – Тебя нужно показать доктору. Он посмотрит, где ты ударилась, проверит, все ли в порядке, и потом поедешь с папой домой, – принимаюсь объяснять прописные истины.
Мне кажется, что с детьми нужно говорить, как со здравомыслящими.
Они умные и смышленые, если правильно подобрать слова, то должны все понять.
– Я не хочу к доктору, – канючит.
– Моя хорошая, надо, – мягко настаиваю. Внутри бушует настоящий ураган из эмоций, но внешне надо оставаться спокойной. Я ведь взрослая, должна отвечать за ребенка. – Когда сильно ударилась и потом становится больно, нужно показаться врачу, – опять поясняю. Машенька меня терпеливо слушает. – Покажи, где болит?
– Нигде, – шмыгает носом.
А я смотрю на девочку и впадаю в ступор.
– Тогда почему ты плачешь? – я не понимаю.
Малышка смотрит на меня, как на самое глупое существо на планете. Ее бровки подлетают наверх.
Маша удивлена настолько, что забывает про свой плач. Он ей становится не интересен.
– Первой к папе хотела, – надувает губки, куксится.
– И все? – не успеваю скрыть шока. У меня банально нет слов!
Я уже столько всего напридумывала! Даже вспомнила, как действовать при открытом переломе, каким образом отличить два вида кровотечения и куда накладывать жгут при каждом из них!
А Машенька всего лишь хотела к папе первой прибежать.
– Как тут моя принцесса? – раздается за спиной приятный мужской голос. Сижу, не двигаюсь. Мне стыдно посмотреть мужчине в глаза.
– Нормально. – Маша бурчит тихонько.
– Когда нормально, не плачут, – парирует. – А еще не убегают от нянь! – добавляет строго.
От нянь… У этих двух прекрасных детей нет мамы.
