Пока Паша и Маша спят, у меня еще есть время.
Наверное, из-за этого меня и одолевает тревога.
Нужно проверить температуру. Убедиться, что с Машенькой все хорошо.
Но подняться на ноги оказывается не так легко, как хотелось бы. За эти несколько часов, что провела в неудобной позе, тело одеревенело, мышцы затекли, руки-ноги не слушаются.
Пытаюсь совладать с непослушным телом, как неожиданно в прихожей раздается громкий стук в дверь. Сердце уходит в пятки.
Не успеваю сделать и пары шагов, как снова кто-то барабанной дробью начинает долбить в дверь.
Блин! Ну дети же спят! Что за люди.
Выскакиваю в прихожую, подлетаю к двери, страх накатывает волна за волной. Я не привыкла к такому! Сколько лет здесь живу, всегда было спокойно и тихо вокруг.
– Кто там? – спрашиваю негромко. В соседней комнате спят дети, и я не хочу их разбудить.
– Открывай! Немедленно! – Со стороны лестничной клетки раздается гневный рык. Воздух выбивает из легких."
"Прилипаю к дверному глазку, пытаюсь понять, кто там. Но мужчина стоит таким образом, что его рассмотреть не представляется возможным.
Блин…И что делать?
После очередной канонады в дверь решаю открыть.
– Где они?! – Марк налетает на меня с порога. – Где мои дети?! – одним движением отодвигает меня и проходит в квартиру. Осматривается по сторонам.
Он зол. Причем настолько, что едва держит себя в руках.
Мне снова становится стыдно за телефоны. Это ж надо было так…
– Ш-ш-ш, – выставляю вперед руки, успокаивая мужчину. Но судя по опасному блеску в его глазах, я делаю это зря.
– Дети спят. Пожалуйста, не ругайся, – прошу его. – Дай мне возможность все объяснить.
Мужчина нависает надо мной исполином, чувствую себя хрупкой и крошечной рядом с ним.
– Говори, – рычит. Но уже гораздо тише.
– Мы ждали тебя в булочной до закрытия, – начинаю сбивчиво объяснять. – Но у Машеньки поднялась температура, а ты не отвечал на звонки. Поэтому мне пришлось вызвать такси и отвезти их к себе.
О том, каким квестом оказалось для меня найти такси с двумя детскими креслами, решаю промолчать.
И про потраченную за поездку сумму. В двойном размере.
– У Маши температура? – С мужчины тут же спадает вся спесь и уходит злость, словно их и не было. Он из ревущего и сметающего все на своем пути разъяренного тигра становится похож на самого обыкновенного, крайне обеспокоенного отца. – Высокая? Ручки теплые? Ножки? Судорог не было?
– Была высокая, – признаюсь. – Но я ее сбила. Сейчас должно быть все хорошо.
Марк крайне обескуражен и растерян.
