Несмотря на свой огромный рост, в эту минуту он напоминал младенца, едва научившегося ходить. Варяг увидел, что одной рукой канадец зажимает живот, а через пальцы, пачкая праздничную белую рубашку, уже сочатся крупные рубиновый струйки. Еще секунда – и гигантское тело канадца рухнуло на каменный пол."
"Варяг понял все. Ему следовало сразу поверить Джонни, когда тот сказал, что здесь замешаны серьезные парни. И он должен был догадаться, что Джонни обречен, как только его перевели в другую камеру, – методы работы местных властей и МВД во многом схожи.
Очень может быть, что они даже подслушивали их беседы и, конечно, не могли простить Джонни его словоохотливости.
Варяг увидел, что трое мулатов направляются теперь к нему. Ага, они слегка заденут его по касательной, но этого, чуть заметного прикосновения будет вполне достаточно, чтобы он, подобно выброшенной на берег рыбе, беспомощно начал хватать губами воздух.
Чувства Варяга мгновенно обострились. С кухни в ноздри ударил потрясающий запах свежеиспеченного хлеба.
Этот запах, нахально забираясь в ноздри, мешал сосредоточиться. Заключенные, уже заметившие беспомощность Джонни, с любопытством и страхом наблюдали за истекающим кровью гигантом, корчившимся на полу в предсмертных судорогах. Вокруг воцарилась поразительная тишина, которая была куда красноречивее тюремной сирены.
Прогуливавшийся по длинному коридору надзиратель, видимо, задумался о своем и все еще не замечал происходившего. Он был погружен в собственные мысли.
С сегодняшнего дня ему полагалась первая надбавка за выслугу лет, и он с удовольствием размышлял о том, что за год сможет наконец-то отложить кругленькую сумму и купит себе новую машину.
Беспечно размахивая руками, троица приближалась к Варягу. Равнодушие было напускным. Варяг сразу же отметил, что у двоих из них кулаки были сжаты и спрятаны в рукава.
– Русский! – окликнул Варяга кто-то совсем рядом.
Варяг невольно обернулся на голос. В это мгновение один из трех мулатов в два прыжка приблизился к нему и выбросил вперед руку с ножом.
Владиславу потребовалось невероятное усилие, чтобы перехватить руку убийцы. Мозг сработал словно объектив фотоаппарата, запечатлев в его оскале даже сломанный почерневший зуб. Варягу удалось остановить удар. Правой рукой он поймал мулата за широкий рукав и с силой дернул того на себя, одновременно левым локтем коротко встретив его ударом прямо в сомкнутые челюсти и вложив в этот удар всю накопившуюся злость.
