– Ты знаешь такого заключенного Джонни-Могильщика?
– Канадец, здоровяк в триста фунтов весом?
– Он самый. Мне бы хотелось, чтобы он тоже… пострадал в этой ссоре.
ГЛАВА 9
После разговора со Стивом Фрэнки вернулся к себе в офис, сел за стол и задумался. В последнее время ему явно не везло: все проекты, которые он затевал, неизменно рушились, как будто невидимый недоброжелатель заранее просчитывал контрмеры. Пять лет назад ему с огромным трудом удалось внедрить своего человека в крупнейшую китайскую преступную группировку.
Но с его помощью он успел провести всего лишь одну-единственную операцию по ликвидации канала доставки героина из Юго-Восточной Азии. А потом отрубленную голову агента полицейские обнаружили в мусорном контейнере в Китайском квартале. Два года назад он торжествовал победу, когда приняли именно его, Фрэнки Галлахера, план борьбы с японской «якудза», но не прошло и месяца, как неожиданно его перевели в европейское управление и «бросили» на Россию.
Теперь он занимался малоперспективной и даже опасной операцией под кодовым названием «Тройка», целью которой являлась борьба с «русской мафией».
Идиотизм состоял в том, что по замыслу высокого начальства тайной слежке и проверке подвергались все российские граждане, прибывающие в Америку – особенно по делам. Игнатов был одним из сотен его заочных «объектов». И видимо, очень интересным объектом – иначе из Вашингтона не пришла бы шифровка с коротким требованием избавиться от Игнатова. Непонятно только, кому это понадобилось.
Но ведь приказы не обсуждаются…
Заверещал переговорник. Фрэнки Галлахер нажал кнопку. Секретарша сообщила, что его спрашивает некий «мистер Нестеренко».
– Мэри, скажи, что у меня совещание. Кто это? Мы его знаем?
– Мистер Галлахер, он сослался на Вашингтон. На Майкла…
Фрэнки Галлахер сглотнул слюну. Майкл… Какого черта!
– Ладно, Мэри, соедини!
В трубке послышался властный старческий голос с сильным славянским акцентом.
– Мистер Галлахер? Моя фамилия Нестеренко. Мы незнакомы.
Но мой добрый друг Майкл посоветовал к вам обратиться. Мы могли бы встретиться где-нибудь в городе? – и, предваряя все вопросы, старик продолжил: – Я тут нахожусь в составе российской официальной делегации. По линии министерства юстиции. Но к вам у меня дело неофициальное. И неотложное.
Фрэнки ничего не мог понять. Он не привык назначать встречи с незнакомыми людьми. Но в голосе русского была какая-то непонятная сила и непререкаемая авторитетность.
