Теперь Беспалый не сомневался в том, что этот вор способен не только выжить в ШИЗО при лютой сибирской стуже, но и не потерять себя даже в хате, до отказа напичканной «чертями» и пидорами.
Беспалому оставалось признать, что Варяг уникальный вор, и «смотрящим» он был признан не просто так, не с хера, а за множество талантов, которые отличают незаурядную личность от простого смертного.
Александр Тимофеевич воров не любил. И делал все возможное, чтобы уничтожить это своевольное и очень упрямое племя. И вот теперь он сидел у себя в «выездном» кабинете и ждал встречи с Варягом.
Он знал, о чем будет разговор. Он так часто вел его с вновь прибывшими заключенными, что не только выучил назубок свою собственную роль, но и примерно представлял себе возможную реакцию своих собеседников. Зная досконально повадки зеков, он мог виртуозно менять свои реплики, сообразуясь с ситуацией.
Но сейчас он немного нервничал. Варяг был непохож на всех предыдущих его «клиентов» и мог повести себя нестандартно, неожиданно. И Беспалый должен был приготовиться к любому повороту в их разговоре.
В дверь постучали, и двое охранников ввели в кабинет арестованного.
– По вашему приказанию, товарищ подполковник, арестованный Игнатов доставлен.
Беспалый внимательно оглядел гостя и кивком головы приказал охранникам выйти. Потом скроил добродушную мину:
– Присаживайся, гостем будешь.
Варяг спокойно сел. Теперь их разделял только письменный стол, заваленный бумагами.
– Что же ты с места в карьер бузить начал? – ласково спросил Беспалый.
– Вон драку учинил в приемнике.
– Твои суки сами нарвались на грубость, – заметил Варяг. – Я к ним не приставал.
Беспалый изобразил притворное изумление.
– Странно мне слышать такую речь от тебя, Варяг. – Владислав сразу же про себя отметил осведомленность Беспалого. Но виду не подал. А начальник продолжал: – Ты же, говорят, большой ученый, чуть ли не академик, по заграницам поживший-поездивший. А манеры у тебя как у последнего уркагана. Или, попав в родную стихию, ты наконец скинул личину респектабельности?
Варяг криво усмехнулся и ничего не ответил.
– Ладно. Не хочешь говорить, помолчи. И меня послушай. Я – Беспалый Александр Тимофеевич. Потомственный тюремщик. Мой отец на зоне был начальником. Теперь уже немало лет я там командую. Это моя вотчина. Я в ней царь и бог. Без моего слова там солнце не встает. И по моему слову летом снег может повалить. Понял? Ко мне тебя прислали не случайно. Ко мне вообще случайно никого не присылают.
