Так что нет… Маньяка придётся наказывать показательно!
— А, ну ладно… — покивал я. — Тогда я пойду? Ты ведь, Иваныч, с наказанием без меня справишься?
Кукушкин мрачно хохотнул, недобро блеснув глазами, и хлопнул ладонью по столу:
— Ладно, иди! Не буду тебя задерживать. Жду от тебя горох. И новости по бумаге! Прямо сегодня жду! И на вот, держи… Список задач, которые у нас прямо горят. Сообщи, если какую-то готов под свою ответственность взять…"
"Откровенно говоря, я ничего лишнего брать не хотел. Ни под свою ответственность, ни под свою же безответственность.
Но, к сожалению, подобные просьбы начальства — это почти приказ. Значит, хотя бы один пункт из списка выбрать придётся… Впрочем, вряд ли Кукушкин какую-то блажь туда вписал. Скорее всего, каждый пункт жуть как важен для Алтарного.
Так что я подтвердил, что всё понял и всё помню, а потом — наконец-то сбежал. И по пути очень радовался тому, что история с «маской» вроде бы закончилась. Но в полиции на меня опять насел Вавася, который жаждал подробностей, особенно по «козе» и «доброхоту».
Он их в участок-то притащил, а что дальше с ними делать — даже не представлял.
С одной стороны, эти двое вроде как были свидетелями, а с другой — показания давали такие, что всё дело ломалось. Я посоветовал выпустить их на волю, желательно куда-нибудь подальше. И ещё дать волшебный пендель для ускорения. Жаль, но Вавася моему разумному совету не последовал. Это он зря, кстати: они его ещё задолбают, зуб даю…
Конечно, ночью в полиции мне удалось вздремнуть, но общая усталость была такая, что до лагеря группы я добрёл уже на автомате.
Примерно, как разбуженный мной Русый. Он тоже шёл как-то неуверенно: пошатывался и всё время норовил прилечь по пути.
А в группе меня ждало очередное испытание. Несмотря на ранний час, мои уже не спали. И, судя по лицам, явно вознамерились добыть из меня детали ночного происшествия… Но я всех обманул. Пошёл к костру, затем остановился, как будто передумав…
А потом резко ушёл в капсулу и заперся там! В тепле меня быстро разморило, и, добравшись до кровати, я почти мгновенно уснул.
А, засыпая, тихо завидовал Русому, которому не придётся через пару часов опять вставать…
Глава 12
Однозначно очень холодная
Дневник Листова И. А.
Триста тридцать шестой день. Обыкновенный маньяк.
Холод… Он обрушился на Алтарное внезапно и без предупреждения. Термометр группы Джошуа показывал вообще какие-то страшные цифры: около сорока градусов мороза! По Цельсию, само собой.
