Ну и накатать на меня заявление.
А могли подговорить соседей, чтобы те подтвердили их версию произошедшего.
Могли…
Да много чего могли! Кто владеет инициативой — тот может всё! Например, обвинить Кэт в попытке изнасиловать «маску», а меня — в попытке шантажа. Нет, ну я понимаю, что это лютый бред, и ты ещё докажи такое! Но ведь чем наглее ложь, тем быстрее в неё поверит большинство, далёкое от всей этой истории.
А значит, одновременно с тем, чтобы тащить Кэт в группу — надо было тащить «доброхота» и «маску» в полицию.
Заодно и арбалетчика прихватить, пусть это всего лишь труп арбалетчика, а не сам арбалетчик… Боже, какая бредятина с этими местным клонированием получается!.. Короче, в полиции мне надо быть первым, кровь из носу!
Мне бы повезло, если бы у меня было много благонадёжных свидетелей. Но из всех благонадёжных свидетелей на моей стороне оказался только Русый.
Который, к слову, и сам участник «злодейского» нападения. И вообще, ему никто не поверит! Все остальные благонадёжные свидетели, заблаговременно напуганные Русым, теперь уж точно на стороне «доброхота», «маски» и временно почившего арбалетчика.
Можно было бы доверить Русому транспортировку Кэт… Но посмотрев на своего мохнатого друга, я понял, что ещё не знаю, кто мне больше этого не простит — Кэт или Русый. Высока вероятность, что они оба не простят, объединятся и будут жестоко мстить.
— СИПИН, я тут подумал!.. — мысленно обратился я к инструктору.
— Даже и не думай! Я не передаст! И вообще, такой удалённый обмен сообщениями никто никогда не одобрит!
Не прокатило…
— Вано, будь добр, а посмотри на номера капсул поблизости! — сменив тон на ласковый, вдруг попросил СИПИН.
— Их надо запомнить? — поинтересовался я.
— Без твоей несовершенной памяти обойдёмся! Давай-ка, крути головой, и пошустрее!
Дневник Перова В. Д. по прозвищу Вавася
Триста тридцать четвёртый день. Честная помощь роботов.
— Вавася!.. Вавася!.. Вавася!.. — голос СИПИНа пробился сквозь сон.
Я вывалился в реальность в своей капсуле.
Вокруг было светло — работало освещение, которое я никак не мог прокачать до уровня полного контроля.
А за окном — кромешная темень. Значит, ночь ещё…
— Вавася!.. Вавася!.. Вавася!..
— Да что?.. Что?! — возмутился я.
День вчера был тяжёлый. Опять торговцы с Первого Рынка пошли на разборки с Третьим Рынком. Пришлось вмешиваться, собирать показания свидетелей… А затем, к тому же, огораживать свою пятую точку от гнева Кукушкина шкурной документацией.
