Они работали на износ, по двадцать часов в сутки, пока не падали от нервного истощения. Неделю-две поваляются в постели – и снова без сна и отдыха за-ради счастья всего человечества, за-ради химеры.
Про то, что Степан Медведев доводил себя до нервного истощения, Данилка не слыхал. А тут оказалось, что в семье этого верного «товарища» копится золотишко. Данилка внутренне возликовал: запляшут теперь Степушка и его верная Прасковьюшка под Данилкину дудку. А не запляшут, так слезами горькими умоются, когда он в подвалах ОГПУ им ребра пересчитает.
Они встретились на губернской конференции партактива. Во время перерыва Данилка подошел к Степану и, заговорщически улыбаясь, зашептал:
– Богатеешь, миллионщик? Ай-ай-ай! Где ж твои пролетарская совесть и честь? Однако ж если ты меня крепко попросишь, то я, может быть, и не стану вопрос поднимать.
Степан отстранился от него брезгливо, точно у Данилки изо рта несло, сказал в голос, не таясь:
– Ты, Сорока, навроде спившегося деревенского дурачка.
Несешь сам не знаешь что, и уже никому не смешно. – Развернулся и ушел.
Данилка замер на месте: неужели наврал барышник?
Савелий Афанасьевич потом клялся: с Медведевыми коммерцию ведет, а заправляет там всем мать, Анфиса Ивановна, по прозвищу Турка, женщина очень умная и хваткая. Именно она потребовала, чтобы у работников Акима и Федота была от власти охранная бумага. Если обоз задержит патруль и проверит подводы или сани, надо представить так, что продовольствие и вещевые товары следуют на государственные склады.
Данилка Сорока мандаты Туркиным батракам и выправлял. По словам барышника, Степан Медведев в материнском «бызнесе» никаким боком не участвует. Это не имело значения: где мать, там и сын, попробуй отвертись, тем более что живут они одним домом.
Желая припугнуть Анфису Турку и в целом прощупать ситуацию, Данилка отправился в Погорелово.
Анфиса Ивановна его за порог не пустила. Разговаривала на улице.
Здоровенная толстая баба в накинутой на плечи дохе с широким лисьим воротником.
– Доброго здоровья, Анфиса Ивановна!
– И тебе не хворать.
– Разговор у меня к вам есть с глазу на глаз по поводу вашей коммерции с Савелием Афанасьевичем.
– Не знаю такого и коммерцией не занимаюсь.
– Не хотите по-хорошему? Тогда придется вас повесткой в ОГПУ вызывать, – пригрозил Данилка. – А то и под конвоем!
– Повесткой своей подотрись.
