Сын Ирбиса внимательно следил за приближающейся пятеркой. Впереди, на мощных жеребцах ехали два закованных в латы рыцаря. На их стальных нагрудниках были выгравированы растянувшиеся в прыжке леопарды.
Первый воин – молодой, возможно, чуть старше Шена. Русые волосы отливали тусклым серебром на его висках, и любому знающему человеку это говорило о том, что в нем есть толика крови императорской семьи. Голубые глаза из-под прямых, вразлет бровей смотрели внимательно и устало. Тонкое благородное лицо портил сломанный и еще не заживший нос.
Ввалившиеся щеки покрывала недельная щетина, над правой бровью была небольшая, стянутая суровой нитью рана.
Второй латник, казавшийся настоящим гигантом, не снимал шлема.
Трое солдат сопровождения носили более простую броню: куртки с нашитыми стальными пластинками, кольчуги с капюшонами. Двое из них держали наготове арбалеты.
– Кто такие? – пробасил гигант.
Голос из-за опущенного забрала казался низким и гудящим, словно храмовый колокол.
– Свои. Не видно, что ли? – бросил Лук, вслед за Га-нором осторожно встав на ноги.
– Бросайте оружие, – хмуро приказал молодой.
Га-нор быстро сделал, что велено. Лук, недовольно бурча, последовал его примеру – кинжал и нож полетели на землю. Но даже после этого арбалеты не опустились.
– Не калечить, – приказал гигант, и рыцари, развернувшись, поскакали к домам.
– Братцы, вы чего?! – возмутился Лук, когда им принялись связывать руки. – Мы же свои!
– Потом разберемся, какие вы свои, – с угрозой в голосе пообещал один из двух стрелков.
– А пока стойте смирно. Тебя, рыжий, это в первую очередь касается. Знаю я вашу породу.
– Да свои мы, лопни твоя жаба! – в последний раз попытался докричаться до них стражник.
– Повопи у меня! Я тебе такую жабу покажу, сволочь! – зло процедил другой, и Лук, поняв дальнейшую бесперспективность споров, умолк.
– Командирам будешь рассказывать, парень. Если слушать станут, – куда более примирительно сказал первый, затягивая веревку так, что Га-нор скрипнул зубами.
Под усиленным конвоем они прочавкали по грязи, обошли труп лошади и оказались возле плетней огородов. Здесь, укрывшись плащами, мокли двое следящих за дорогой арбалетчиков.
– Проворные вы ребята! – осклабился один из них. – Счастливчики!
– Это вы мазилы! – пробурчал под нос стражник, но его, по счастью, не услышали.
Деревня кипела от суетившихся в ней солдат. Местных жителей видно не было. То ли попрятались, то ли ушли от греха подальше.
