Выдвинув верхний ящик стола, взяла брусочек бордового сургуча, растопила его с помощью «искры» и приложила перстень.
– «Я Сокол, разящий врагов даже сквозь вечность», – привычно прошептала она девиз своей семьи, изучая оттиск птицы на застывшем сургуче. Столько веков прошло, а впечатанные в сознание раз и навсегда слова все еще с ней.
Оспа потянулась за колокольчиком, позвонила в него, дождалась, когда войдет слуга.
– Гонец здесь?
– Да, Звезднорожденная. Госпожа Батуль просит принять ее.
– Пусть подождет. Я позову.
Принеси вина.
Слуга поклонился и аккуратно закрыл за собой дверь. Аленари встала из-за стола и прошла из кабинета в смежную комнату. Та тоже показалась ей пустой и неприветливой, как и вся школа в целом. Возможно, подобное впечатление создавалось оттого, что многочисленные книжные шкафы зияли пустыми полками.
Сев на высокий жесткий трон, ранее принадлежавший Старшей наставнице, и положив руки на подлокотники, Оспа задумалась. Она всегда мыслила четко, по существу, видела перед собой цель и представляла последствия своих поступков.
Ни ярость, ни вспыльчивость, ни дурное настроение, ни даже ненависть не могли заставить ее совершать глупости, которые привели бы к краху. Пример тому – Тальки.
После мятежа Аленари возненавидела старую тварь. Оспа была уверена, что если бы Целительница только захотела, то вернула бы ее лицо. Излечила от той жуткой боли, что преследовала бывшую красавицу почти целое столетие.
Но она вытерпела. Перестрадала. Пережила. И ничем не показала, как ей хочется размазать старую гадину.
Она понимала, что это неразумно. Аленари знала способности своей «искры» и знала возможности «искры» Проказы, поэтому оценивала шанс выигрыша в открытом поединке один к пяти. Ей не дано было справиться с самой сильной из них. А удобный случай представился лишь спустя века.
Она не радовалась гибели врага. И не плясала на его могиле. Просто восприняла случившееся как должное, как свершившуюся кровную месть и почти сразу же отложила воспоминания об этом в долгий ящик, занявшись более насущными и важными, на ее взгляд, делами.
"
"Но теперь и их пришлось отложить. Впервые за долгие годы Аленари испытывала настоящее смятение чувств. Ее нисколько не озадачило нападение Тиа. К тому, что рано или поздно это случится, Оспа морально была готова. Ни одному из тех, кто рядом с ней, даже Лею, нельзя было доверять полностью. Со знанием, что все лгут и ищут выгоду только для себя, Звезднорожденная смирилась еще в детстве.
