Она не успела добежать до унитаза, и ее стошнило прямо на голубой с цветочками кафельный пол.
Она долго умывалась, полоскала рот, и все равно во рту оставался отвратительный привкус. Умывшись, Даша бросила взгляд в зеркало, и ей показалось, что на нее смотрит кто-то другой. Бледные губы этого существа были крепко сжаты и почти неразличимы, вокруг темно-серых глаз залегли сиреневатые тени, а само лицо приобрело оттенок, близкий к серому. Цвет тела испуганной нимфы, вспомнила Даша. В дверь бесцеремонно постучали, и она поняла, что таким ненавязчивым образом ей предлагают продолжить беседу.
"
"Когда Даша вернулась, в номере прибавился еще один человек — хозяин отеля. Он сидел на том стуле, который прежде занимала Даша, и, улыбаясь, что-то втолковывал полицейским. Те слушали очень внимательно, порой переглядываясь и бросая короткие реплики. Переводчик кивком предложил Даше усесться на кровать, но она осталась стоять, внимательно глядя на деловитых турок. Почувствовав ее взгляд, хозяин обернулся и замолчал. Через несколько секунд, все еще глядя на Дашу, он произнес что-то, обращаясь к переводчику, и тот послушно повторил по-русски:
— Мне жаль, что с вашей подругой произошел несчастный случай.
Девушка, вас переселят в другой номер. Вы хотите жить одна?
Даша не сразу поняла, о чем он говорит, и переводчику пришлось раздраженно повторить последнюю фразу.
— Одна? — переспросила она. — Да, я хочу жить одна.
И тут Даша сообразила, что ей не понравилось.
— Какой несчастный случай? — удивилась она, перейдя на английский.
— Вам разве не сказали? Алину убили.
Лицо хозяина окаменело. Он повернулся к полицейским, о чем-то спокойно спросил и, не дожидаясь ответа, вышел. Дашу усадили на стул.
— Что за глупость вы говорите об убийстве? — Оба полицейских задали вопрос почти одновременно. Даша почему-то была уверена, что они сказали не «глупость», а гораздо резче, но переводчик предпочел смягчить вопрос. — Ваша подруга уронила фен в ванну и поэтому умерла. Вы что, не понимаете, что говорите?
— Это вы не понимаете, что говорите! Алина не могла уронить фен в ванну, ее убили! — крикнула Даша.
— Перестаньте кричать, — бросил один из полицейских, — здесь вам не Советский Союз.
От этого «Советского Союза» Даша сначала опешила, а потом начала смеяться. Она хохотала так заразительно, что даже на лице охранника мелькнула легкая улыбка. Просмеявшись, Даша вытерла выступившие слезы и довольно спокойно сказала:
— Алину убили. Во-первых, она никогда не пользовалась феном.
