Спрашивается, зачем они его рожали?
И Анжелика, и ее муж, Аркадий, действительно души не чаяли в Борисе, который рос спокойным, не плаксивым, в меру резвым ребенком. В меру резвым — это было самое главное, потому что Анжелика Сергеевна терпеть не могла шумных детей, а уж Аркадий и подавно. Нет, ребенок должен быть таким, чтобы его не было ни видно, ни слышно, и их собственный Боренька полностью отвечал родительскому требованию.
Только мать Анжелики, Вера Семеновна, отказывалась признавать спокойное Борино поведение за достоинство.
— Что ты с сыном делаешь, а? — регулярно выговаривала она дочери, приезжая в гости. — Туда не ходи, сюда не ходи, это в руки не бери, то в ротик не тяни. «Боренька, положи камушек, он может на ножку упасть и пальчик ушибить», — очень точно передразнивала мать капризный тон Анжелики. — У тебя не мальчишка растет, а не пойми что! Мальчик должен бегать, плавать, лазать, все ронять…
— Пусть другие бегают и все роняют, — защищалась Анжелика, — а мой будет уравновешенный.
— Да где ты тут уравновешенность видишь? — взывала к ней Вера Семеновна.
Но Анжелика и слышать ничего не хотела о том, чтобы что-то изменить в Борином характере. У нее был самый лучший, самый правильный мальчик на свете."
"А поскольку одного лучшего мальчика ей было вполне достаточно, то внеплановая беременность повергла Анжелику Сергеевну в ужас. Аборт оказалось делать поздно, а о том, чтобы рожать, и речи быть не могло. В конце концов она собиралась через пару лет плотно засесть за диссертацию! Да и нельзя было бросать преподавательскую деятельность в институте, где она работала, — на ее место метила куча завистников.
Аркадий, узнав о перспективе повторного отцовства, настроился решительно.
— Делай справку — и марш на аборт! Куда только смотрела, корова! — упрекнул он супругу. — Образованная женщина в наше время вообще не может забеременеть без своего желания. Вся медицина на вас работает, столько врачей стараются…
Но Анжелика Сергеевна в грубой форме посоветовала мужу не нести ахинею и подумать, что же им делать дальше.
Связи у них обоих были исключительно в преподавательской среде, и как покупаются справки с показаниями к аборту на таком позднем сроке, они не знали.
— Ладно, поговорю с Иницкой, — решила в конце концов Анжелика. — Она, конечно, ужасно противная баба, но опытная. Что-нибудь подскажет.
Но разговаривать с противной Иницкой не пришлось — в дело вмешалась Вера Семеновна.
