По-моему, тут везде чисто, подумала Даша. Интересно, у парнишки папа такой же белобрысый?
Через пару минут подошел папа, оказавшийся большим рыжеватым здоровяком с розовой кожей, обгоревшей на солнце. Взяв мальчишку за руку, он завел его чуть подальше в море, и они начали нырять. Паренек нырял неумело, но очень старательно и не выпускал из руки свой коралл. Да что он там такое нашел и держит? Даша улыбнулась. Наверное, какую-нибудь ужасную ерунду.
— Алеш, отдай мне твой коралл! — крикнула женщина с берега.
— Тебе же неудобно!
— Удобно! — отозвался мальчишка и нырнул следом за отцом.
Дашу словно по голове стукнуло. Мальчик Алеша, его мама и рыжий папа исчезли, перед ней вместо моря был бассейн, и в ушах звучал хрипловатый голос: «Можно нырять как угодно, главное — угол наклона тела… Спорим, красиво нырну?» Словно перед ней прокрутили фильм, и она видела сейчас на экране, как смеется Женечка, качает головой Алина и неуклюже падает в воду Борис, сжимая кулаки. Так вот зачем все это было нужно! И понятно, откуда жвачка на камне — когда он плыл по дну, он прилепил его тем, что оказалось под рукой.
С минуты на минуту должна была объявиться полиция, и больше делать ему ничего не оставалось.
Память отмотала пленку назад, и Даша вспомнила рафтинг. Борис зашел в автобус последним: сказал, что потерял часы. Конечно, ему легче всего было в суматохе сорвать кулон с шеи жены. Наверное, он бросил его на землю, а потом просто вернулся на то место, где лежала Алла, и поднял его.
Он не особо рисковал, поняла Даша, ведь если бы кто-то что-то заметил, всегда можно было сказать, что он нашел упавший кулон и теперь несет его обратно. Впрочем, если бы ей не взбрело в голову нырять посреди ночи в бассейне, риск вполне бы себя оправдал.
Интересно, стоит рассказать о ее догадке Алле или нет? Да ну их, подумала Даша, пусть сами разбираются. Неужели Борису так нужны деньги?
— Все, бабки закончились! — врезался в ее мысли голос Василь Семеныча. — Олежек, будем пить на твои.
— На мои мы уже пили, — отозвался хмурый Олежек. — Не помним, что вчера было.
— Да какая тебе разница! — заржал Буфер. — Главное, без последствий!
— Насчет последствий ты уже дома узнаешь. Помянешь тогда блондиночку, ой помянешь!
— Не каркай! — оборвал Олежека Буфер. — Сам же клеился к той, серебристой, которая потом ласты склеила в ванне.
— Точно-точно! — поддержал приятеля Василь Семеныч. — Так слюни распустил, что чуть с аниматором не сцепился.
