Вроде бы Игорь Гаврилович и нравился ей. Но вместе с тем их отношения и впрямь зашли в тупик. Он думал, что Рая набивает себе цену. Как будто она изображает из себя недотрогу, чтобы выйти за него замуж. А она и не хочет быть его женой. Но при этом у нее не было аргументов, чтобы разубедить его в этом. Поэтому им лучше расстаться.
– Я знаю… Завтра в семь вечера я буду здесь, – решительно сказал Игорь Гаврилович.
– Я подумаю.
– Для того чтобы думать, нужны мужчины. А женщины… Нет, они не должны подчиняться. Но их скрипка – вторая.
И в танце они – ведомые… Или скажешь, что это не так?
– Могу с этим поспорить.
– Можешь, но нет желания… Завтра, в семь.
– Если вас не будет, плакать не стану.
В ответ Игорь Гаврилович скептически усмехнулся. У него был вид триумфатора. Похоже, он всерьез считал, что Рая уже его… И надо сказать, ее не очень покоробило это собственническое отношение к ней.
Глава 2
1Свобода! Свобода?! Свобода!!!
– Извини, родная! Я этого столько ждал!
Антон мягко, но решительно отодвинул проводницу в сторону и спрыгнул с подножки на еле ползущий перрон.
Поезд прибыл в его родной Долгополь. Он дома. Отслужил как надо и вернулся. Без орденов-медалей, но заслуги у него все же есть. Благодарность от самого министра МВД – за смелость и героизм при подавлении беспорядков в колонии.
Правда, об этом он никому не расскажет. Его друзья далеки от уголовного мира, но все же они вряд ли восхитятся таким подвигом. Им же не объяснишь, что зэки, в которых он стрелял, не были безоружными. Их убивали, но ведь и они унесли с собой две солдатские жизни.
Одному парню проткнули горло заточкой – какой-то нелюдь метнул ее из толпы. Другому – проломили голову брошенной кем-то чугунной болванкой.
Бунт подавили, зачинщиков наказали. Трупы закопали, а земля над их могилами уже быльем поросла. В общем, дело прошлое, а надо думать о будущем – впереди Антона ждет Рая. Она верно ждала его два года из армии. И теперь ничто уже не мешает им быть вместе.
Домой Антон заскочил на несколько минут. Расцеловал мать, отца, сбросил сумку и помчался к Рае.
Сегодня воскресенье, она должна быть дома.
Дембельский альбом он оставил дома, но весь «парад» забрал с собой – лакированные погоны со вставками, белая кайма на лацканах, аксельбанты, россыпь значков на груди, сапоги со шнуровкой. Он должен был предстать перед Раей во всей своей красе.
Но Рая даже не взглянула на все эти атрибуты бывалого воина. Она смотрела ему в глаза – вроде бы радостно, но с какой-то затаенной печалью.
